Книга По следам исчезнувших, страница 115 – Лена Обухова

Но пока этого не произошло. Пока Маша еще чувствовала себя виноватой. Перед Вадимом за то, что сказала Беркуту про него и Смолину. Перед остальными, кто погиб тогда из-за того, что Кира сорвалась и пошла вразнос. Перед Милой, Родионом и даже Крюковым, который был не очень приятным человеком, но определенно не заслуживал того, что с ним произошло.

— Это глупо, Маш, — заметил Стас, когда она навещала его в больнице и поделилась этими переживаниями. — Закрутить роман с подружкой неадекватного Беркута было выбором Вадима. Они могли попасться и без твоего участия. В том, какой выросла Кира, уж точно нет твоей вины, все вопросы к ее отцу. Сорвалась она из-за того, что Беркут не умел решать конфликтные ситуации цивилизованно, а сразу бросался бить морду, да так сильно, что дело дошло до случайного убийства. А всех нас в лагерь отправило руководство, это не было твоей идеей. Ты не несешь ответственность за то, что случилось. Это… трагическое стечение обстоятельств. И одна психопатка. Хотя я никогда не заподозрил бы Мельник в подобном. Она всегда казалась обычной, нормальной…

— Ты ведь сам сказал тогда, что убийцы часто непохожи на убийц, — заметила тогда Маша.

— Да. Но кто бы знал, что в ней к тому же столько физической силы?..

Оставалось радоваться тому, что жертв не оказалось больше. Тому, что Климов не застрелил Иванова, а только ранил, и совсем не попал в убегающую Киру. Благодаря этому его теперь ждал лишь условный срок, тогда как самому Иванову предстояло провести остаток жизни за решеткой.

Особенно радовало то, что выжил Никита. Оказалось, Иванов ранил его, но тому удалось вырваться и затеряться в лесу. Иванов торопился на помощь дочери, а потому не стал искать его и добивать. Когда он вернулся в лагерь, на смартфоне Никиты восстановилась связь, потому что Иванов унес глушилку с собой. Это позволило наконец вызвать полицию и скорую. Когда те появились, Никита выполз из леса им навстречу и попал к врачам раньше всех.

Они с Лизой и Ильей добрались по подземному тоннелю до административного здания как раз тогда, когда один за другим прогремели два выстрела. Там вход в убежище оказался в подсобке под лестницей, куда и Каменев, и Илья не раз заглядывали. Ивановы сделали его неприметным: надрезали линолеум вдоль стен и приклеили его к крышке люка в полу. Когда та поднималась, поднимался и линолеум, а когда опускалась — он снова все скрывал под собой.

— В том здании время от времени бывали посторонние, — объяснил это Иванов. — Мы не хотели, чтобы люк случайно кто-то заметил.

Каменев очень обрадовался, когда увидел их всех живыми. Позже он признался Маше, что чувствовал вину за Лизу и Илью, за то, что даже не попытался им помочь. Но ей показалось, что выживание Лизы обрадовало его еще и потому, что та была ему крайне симпатична. Впрочем, у него с ней не было ни единого шанса. И он сам это прекрасно понимал.

Сразу после этих трагических событий, когда все они оказались в больнице и в безопасности, они обменялись друг с другом кусочками истории, сложив из них полную картину. Илья тогда признался:

— А я где-то понимаю этого Иванова. На его месте я поступил бы так же.

— А если я кого-нибудь случайно убью, ты поможешь мне избавиться от тела? — мрачно пошутила Лиза.