Книга По следам исчезнувших, страница 25 – Лена Обухова

— Как странно… — выдохнула Мила, но развить мысль не успела.

Дверь позади нее с грохотом захлопнулась, едва не заставив сердце сигануть в пятки. Мила рванула обратно к ней и попыталась открыть, но та не поддалась.

— Эй, выпустите меня! — Она несколько раз ударила ладонью по полотну. — Это не смешно. Эй!

Она навалилась на дверь всем корпусом, но та лишь дрогнула. А по ту ее сторону, в коридоре, снова раздался тоненький девичий смех.

⁂

Маша не знала, как долго смотрела фотографии. Успела снова поплакать и успокоиться. Лишь когда в коридоре послышались осторожные шаги, поняла, что в здании уже очень давно идеально тихо.

Она торопливо погасила экран смартфона, уверенная в том, что это Мила наконец идет в их комнату. Остальные, судя по всему, уже спали. Проведя рукой по мокрому лицу, Маша отвернулась к стене и чуть ли не с головой накрылась одеялом. Услышала, как тихонько отворилась дверь и Мила вошла в комнату. Сделала несколько шагов, чуть постояла, вероятно, прислушиваясь и пытаясь понять, спит ли Маша. Вероятно, решила, что та спит, поскольку свет включать не стала, побоялась разбудить. Какое-то время она тихо копошилась, а потом легла на кровать.

Все это время Маша старалась дышать глубоко и размеренно, как делал бы спящий человек, и не шевелиться. В результате она сама не заметила, как действительно провалилась в сон.

— Ну и где ее черти носят? — Элиза раздраженно схватила смартфон, лежавший на столе, чтобы проверить время. С прошлой проверки прошло всего две минуты. — Куда вообще здесь можно уйти?

— Да куда угодно, — хмыкнул Никита, ковыряя вилкой уже третье за этот завтрак блюдо — порцию оладий с джемом. — Территория приличная, только жилых корпусов здесь с десяток, а еще ведь есть столовая, клуб, домики для разных занятий, кружков там… Медпункт и всякое такое. При желании можно где угодно спрятаться.

— Непонятно только, зачем Миле прятаться, — нахмурился Леонид Сергеевич, нервно перебирая по столу пальцами. Он завтракать уже закончил. — Что за детские игры?

— Причем она не поела, даже кофе не пила, — заметил Стас. — Судя по всему, я сегодня пришел на кухню первым. И довольно рано. С тех пор из здания никто не выходил, я бы услышал. Во сколько хоть она встала?

Он вопросительно посмотрел на Машу, которая как раз наливала себе еще немного кофе. Этим утром она чувствовала себя ужасно разбитой, хоть и спала всю ночь без задних ног. И все же голова слегка гудела, а глаза слипались, как бывало всегда, когда она плакала перед сном. К счастью, сейчас ее слегка опухший вид легко было принять за утреннюю отечность.

— Понятия не имею, — призналась она. — Когда я проснулась, Милы уже не было. Точно знаю, что легла она вчера поздно: когда она пришла, я уже почти спала.

Леонид Сергеевич как-то странно то ли выдохнул, то ли фыркнул, а Родион, до сих пор клевавший носом над чашкой и пустой тарелкой из-под бутербродов, вдруг оживился:

— О, я, кажется, понял, в чем дело! Она обиделась!

— На что она могла обидеться? — возмутилась Элиза, словно подозревала, что в этом сейчас обвинят ее. — Она с удовольствием вчера согласилась подготовить меня к съемкам!

— Да ее просто взбесило, что мы на нее уборку после ужина оставили, — пояснил Родион. — Даже меня пыталась припахать, но я дал понять, что это не моя работа.