Книга По следам исчезнувших, страница 75 – Лена Обухова

— Да, — согласился Каменев. — То, что в этот раз тела не были обнаружены, сильно затрудняет сравнение.

— Может быть, в этом и смысл? — предположила Лапина. — В том, чтобы затруднить сравнение?

— Мне кажется, связь должна быть, — угрюмо заметила Элиза. — Членов секты и наших ребят год назад наверняка убил один и тот же человек.

— А чего ты на меня-то смотришь? — возмутился Крюков, поскольку юная ведущая действительно уставилась на него, не мигая.

— Сколько вам лет, Леонид Сергеевич? — склонив голову набок, поинтересовалась она. — Под полтинник ведь, да? Двадцать девять лет назад наверняка уже отслужили срочную службу, может, в какой горячей точке побывали, вот и решили в общине осесть. Но что-то вам не понравилось, вы всех убили и сбежали. Стали сценаристом, режиссером, все забыли. А потом снова этот лагерь, воспоминания, наркотики… Крыша опять поехала, да? Или все гораздо прозаичнее, и кто-то просто застал вас, когда вы свою заначку забирали?

— Ты чего мелешь? — Крюкова то ли действительно крайне возмутили, то ли всего лишь сильно напугали ее слова, но он не сразу смог остановить их поток, поначалу лишь молча хватал ртом воздух. Лишь когда Элиза замолчала, его прорвало. — Во-первых, мне всего сорок два! Так что двадцать девять лет назад я был подростком. Во-вторых, я сроду в армии не служил! Среди нас если кто и подходит под твою версию, так это твой цепной пес!

Крюков эмоционально указал на Илью, который к тому момент подцепил где-то яблоко и теперь невозмутимо ел его, подпирая плечом стену у окна. Причем он предпочитал не откусывать от сочного хрустящего фрукта, а отрезать от него кусочки массивным складным ножом в армейском стиле. Илья невозмутимо продолжил это делать, даже когда Крюков нервно заявил:

— Тут тебе и возраст подходящий, и военная подготовка налицо.

— Ильи не было в лагере год назад, — легко парировала Элиза. — А в секте могли быть и дети. Может, вы действительно не убивали никого тогда, но видели, как убили ваших родителей? Такая травма для ребенка… И если возвращение в лагерь всколыхнуло те воспоминания…

— Заткнись, дура! — Крюков не выдержал и вскочил с места. — Мои родители живы и здоровы, хватит чушь нести! Во всяком случае, я не собираюсь ее слушать!

Он схватил коробочку с недоеденным блюдом, кружку и поспешно удалился в свою комнату. Все молчали до тех пор, пока не хлопнула дверь. Лишь тогда Никита тихо заметил:

— Его родители, кстати, действительно живы. Он как-то при мне с ними разговаривал. По телефону.

— А они у него родные? — уточнила Лапина.

— Вот это я не в курсе, конечно…

— Да ладно вам, — нахмурился Каменев. — Не убийца он. Жидковат даже для простого серийника, а наш куда хуже. В обоих случаях имеет место массовое убийство. Это не то же самое.

— Мне кажется, убийцы далеко не всегда похожи на убийц, — заметил Стас. — Сколько известно маньяков, которые действовали годами, а их никто даже не подозревал! Если бы не случай или они сами не признались, о них так никто и не узнал бы.

— Соглашусь, — кивнул Каменев неохотно. — Но все же… Он не кажется мне подходящей кандидатурой.

И его взгляд сам собой остановился на Илье. Тот как раз покончил с яблоком, вытер лезвие о рукав свитера, сложил нож и убрал его в карман джинсов. Заметив внимание Каменева, он усмехнулся, но промолчал, лишь пошел выбросить несъедобную сердцевину в мусорное ведро.