Книга Семь слонов, страница 72 – Игорь Патанин

Телефон Анны зазвонил. Номер не определился, но что-то подсказывало ей, что нужно ответить.

— Свиридова слушает.

— Здравствуйте, следователь, — голос на том конце был мужским, мягким, с лёгкой хрипотцой. — Мы с вами ещё не встречались, но я внимательно слежу за вашими успехами.

Анна замерла, делая Дорохову знак, чтобы он оставался на месте и не шумел.

— С кем я говорю?

— Вы можете называть меня «Стратег», — в его голосе послышалось лёгкое веселье. — Хотя моё настоящее имя вам уже известно.

— Михаил Зорин, — произнесла Анна, чувствуя странную смесь напряжения и триумфа от того, что наконец-то говорит напрямую со своим главным противником.

— Именно так. Рад, что нам не нужно тратить время на представления. У меня к вам деловое предложение, следователь Свиридова.

— Я вас слушаю, — Анна включила диктофон на своём телефоне.

— Вы проделали отличную работу, раскрыв некоторые аспекты нашей программы. И теперь перед вами стоит выбор: продолжать охоту или принять неизбежное. Я предлагаю третий вариант — сотрудничество.

— Сотрудничество? — Анна не скрывала своего скептицизма. — В чём конкретно?

— Присоединиться к нам. Стать частью программы. Не в качестве объекта, а в качестве партнёра. Равноправного участника. Мне нужны люди с вашими качествами — умные, решительные, бескомпромиссные.

— Зачем мне это?

— Потому что программа «Семь слонов» — это будущее, следователь. Будущее, которое неизбежно наступит, с вашим участием или без него. Я предлагаю вам место в этом будущем. Место среди тех, кто будет его формировать, а не подчиняться ему.

Анна задумалась, решив подыграть, чтобы получить больше информации.

— Допустим, я проявлю интерес. Что конкретно вы можете предложить?

— Власть, о которой вы даже не мечтали, — голос «Стратега» стал мягче, почти гипнотическим. — Доступ к технологиям, меняющим человеческое сознание. Возможность улучшить этот мир, избавить его от войн, преступности, фанатизма. Представьте себе общество, в котором нет ненависти, где каждый знает своё место и доволен им. Разве это не та утопия, к которой всегда стремилось человечество?

— Звучит прекрасно, — иронично ответила Анна. — Вот только методы вызывают вопросы. Похищения, эксперименты над людьми, убийства — это ваш путь к утопии?

— Становление любой революционной идеи требует жертв, — без тени смущения ответил Зорин. — Даже самые светлые умы человечества признавали это. Вопрос лишь в соотношении потерь и приобретений. Несколько десятков жизней против мирного будущего миллиардов — разве это не справедливый обмен?

— Вы говорите как фанатик, — заметила Анна. — Или как диктатор.

— Я говорю как реалист, следователь. Мир нельзя изменить, спрашивая у каждого разрешения. Нужно взять на себя ответственность и действовать.

— И чего вы хотите от меня, если я соглашусь?

— Для начала — приостановить расследование. Затем — передать мне все материалы, которые у вас есть. И наконец — встретиться лично для подробного обсуждения условий нашего сотрудничества.

— А если я откажусь?

В голосе «Стратега» появились стальные нотки:

— Тогда я буду вынужден рассматривать вас как угрозу. А устранять угрозы — моя давняя привычка. Вы видели, как я поступаю с теми, кто мешает программе. Даже с ближайшими соратниками.

— Беркут, Кравцова, ваш собственный брат, — перечислила Анна. — Вы не слишком цените преданность.