Книга Маленькая жена, страница 76 – Мила Дрим

Александр тоже не знал, какие слова подобрать для своей жены, чтобы не принести ей страдания. Он понимал – это невозможно сделать, и все равно мужчина в уме перебирал подходящие фразы. Наконец, осознав тщетность этого, Александр, взял со стола скрученный свиток. Он в очередной раз за этот день развернул его, пробежался глазами, будто ища какие-либо изменения, а затем как-то обреченно вернул письмо на место.

— Касси, - тихо позвал мужчина, и девушка всем телом подалась вперед, ожидая дальнейших слов от мужа.

— Здесь, - мужчина указал рукой на свиток, - приказ от герцога Вильгельма. Мне, его палачу, велено в кратчайшие сроки  подавить  восстание на северо-западе страны.

Кассия чуть побледнела от его слов, но это  было лишь начало.

— Там, на границе с нагорьем собрались все те, кто не готов принять нового короля. Их войско возглавляет человек по имени Эдмонд. Это твой отец, Касси.

Кровь отлила от лица девушки. Лицо ее совсем побелело, белесоватыми стали и губы. Потрясенная, она не могла вымолвить ни слова. Даже вдох и выдох отдавали тупой болью в сердце…

С тяжелым вздохом, Александр погрузился в теплую воду. Мужчина сомкнул веки и сделал попытку привести мысли-чувства в порядок. Он пытался призвать свой разум и сердце к  некогда привычному  хладнокровию. Сквозь вихрь размышлений послышался слабый голос Кассии:

— И что ты будешь делать?

Александр повернул голову в ее сторону – она по-прежнему сидела на кровати, только теперь выглядела как самый несчастный человек во всем мире. Видеть ее такой было крайне мучительно.

— Я выполню приказ, - продолжая смотреть на жену, ответил мужчина.

От его слов Кассия покачнулась. Приглушенный стон сорвался с ее губ, и девушка спешно прикрыла рот ладонью. В золотисто- карих глазах застыла непередаваемая печаль. Александр, не в силах более смотреть на страдания жены, причиной которых косвенно он являлся, снова закрыл глаза. И хотя теперь мужчина не видел лица Кассии, его сердце явственно ощущало ее боль. Ему тоже было больно.

Повисло тягостное молчание. Ни Кассия, ни Александр не знали что сказать. Но оба понимали – их семья столкнулась с испытанием.

Кассия понимала – Александр дал клятву Вильгельму Завоевателю. Клятва в те времена имела вес. Поэтому, девушка даже и не думала попробовать отговорить мужа от выполнения приказа герцога. Пусть Кассия и являлась молодой, но она не была настолько глупой, чтобы понять: неподчинение приказу могло иметь ужасающие последствия для Александра. Был ли он любимцем герцога нормандского или же просто прославленным воином, все, в одночасье, могло перемениться. В истории имелось немало таких примеров.

Кассия не желала Александру смерти.

Так же, как она и не хотела этого для своего отца.

Она любила их обоих.

Странной судорогой по груди прошлось это осознание. Да, Кассия знала, что в ее сердце, безусловно, есть место для отца. Но сейчас, сидя в одиночестве, атакуемая страшными мыслями и чувствами, она поймала себя на признании, которое прозвучало в ее душе столь естественно, будто так было всегда.

Она любит Александра.

Та влюбленность, что была прежде, казалась яркой, но мимолетной вспышкой, которая мгновенно меркла по сравнению с  чувством глубоким, всеобъемлющим, чувством такой силы, что невозможно было спутать то, что являлось лишь поверхностной, проходящей симпатией и тем, что полностью завладело сердцем Кассии.