Книга Маленькая жена, страница 88 – Мила Дрим

— Он погиб в битве при Гастингсе, погиб, сражаясь с нормандцами.

— Да, - с жаром выдохнул Эдмонд, а потом  схватил дочь за плечи. – И твой муж – нормандец! Проклятый нормандский палач лишил жизни моего сына!

— Отец! – попыталась одернуть родителя, выдохнула Кассия. – Это в прошлом! Александр – мой муж, я люблю его, я жду от него ребенка.

Лицо Эдмонда как-то странно исказилось. Глаза уставились в одну точку. Кассия, напуганная, замерла – в этот миг ее отец был похож на безумца. Ужасное, парализующее тело, зрелище…

— Я не хочу, чтобы моя дочь плодилась от этого выродка! Я заберу у него самое дорогое! – зловеще произнес Эдмонд, и тут же, его руки, сорвавшись с плеч девушки, обхватили ее тонкую шею и начали душить ее…

Кассия попыталась скинуть руки отца, но куда там – он оказался сильнее, чем она могла представить. Девушка хотела закричать, но лишь измученно прохрипела. Тело стало ватным, ноги не слушались ее.  Кассия смотрела на некогда родное лицо, перекошенное от злобы и ненависти, смотрела до тех пор, пока перед глазами не появились мушки, а потом тьма, открываясь перед ней – жадно приняла ее в свой омут.

Эдмонд был мертв. Его тело, опрокинутое назад, распласталось на теплом ковре. Горло, перерезанное кинжалом, обагрилось кровью. Глаза, горящие ненавистью и ужасом, уставились в потолок. Даже будучи мертвецом, несчастный не обрел покоя.

Тяжело дыша, Александр переводил взгляд то на убитого им тестя, то на белое лицо Кассии.  Жена повисла безжизненным телом на его руке. И Александр, прославившийся на поле боя своим бесстрашием, сейчас – испытал сильнейший страх.

Он боялся не услышать дыхания Кассия. Страх сковал его – при мысли о том, что он уже никогда не сможет услышать стук любимого сердца. Осторожно, с нежностью, которую невозможно было бы передать никакими словами, мужчина подхватил жену на руки. Александра затрясло, слезы обожгли глаза, когда он увидел, каким безмятежно-прекрасным было лицо его любимой женщины. Она была слишком прекрасна.

Неужели это все? Неужели – это конец? И счастье, отмеренное им Свыше, оборвалось?

Превозмогая себя, воин прижался ухом к груди Кассии. Казалось, сам он перестал дышать, даже сердце будто остановилось, не желая отвлекать своим шумом. Мысленно взмолившись, Александр прикрыл глаза. Наконец, до него донесся самый прекрасный в мире звук – биение сердца любимого человека…

Кассия с трудом разлепила веки. Горло засаднило от странной жажды. Где она? Что случилось? Мысли, путаясь и пытая ее, вились непонятным вихрем в голове девушки. Что-то сильно сдавливало виски. Кассия попыталась поднять руку, но сильнейшая слабость, лишила ее этой возможности.

Девушка тяжело вздохнула – воздух обжег ей горло, и что-то неприятное, закололо в шее. Что с ее шеей? Воспоминания, пробуждаясь, стали беспардонно врываться в сознание Кассии. Страшное лицо отца. Его, пробирающий до мурашек, голос. Жестокие руки, смыкающиеся на ее шее. Попытка борьбы, бессилие и холодная тьма. На какой-то миг Кассии показалось, что она снова поглощает ее. Липкий пот проступил на ее лбу. Не выдержав, Кассия закричала.

— Госпожа, моя госпожа! – Эльза ринулась к девушке, и стала спешно обтирать ее лоб тряпочкой, смоченной в теплой воде.

— Все хорошо, моя госпожа, - мягко улыбнулась служанка, а в глазах ее, меж тем, блеснули слезы.