Книга В стране цветущего граната, страница 57 – Люсинда Миллер

— Дорогая, я приготовил тебе мятный чай. На случай голода есть и бутерброды, — и щедрым жестом указал на столик, маня.

— Я очень благодарна тебе, Селим за все, что ты для меня делаешь, и с радостью приму твои заботы, — присев на постель, принялась за трапезу. — А ты почему не ешь?

— Не хочу, лучше покормлю тебя.

Ей стало немного неловко под его пристальным взглядом орла, но спокойствие обстановки и гармонии между ними возбудило аппетит. Мягкий сыр с листьями салата и помидором на темном хлебе имели фантастический вкус, а чуть горячий ментоловый с каркадэ чай приятно утолял жажду.

— Ммм…как вкусно, Селим! Не знала, что ты можешь так вкусно готовить!

— Могу, — коротко отделался юноша, а сам подбирался к её призывно выставленным щиколоткам, от которых он еще там, на горе восстал. А завладев, стал медленно массировать стопы, поглаживать кожу. И так гипнотически смотреть на предмет своего обожания, что Люция рассмеялась нарисованной картине:

— Знаешь, на кого ты сейчас похож?

— Даже гадать не хочу.

— На самца богомола, который в жажде случки приносит подношение самке и пока та трапезничает, он проворачивает своё дело.

— Может быть… — и загадочно улыбнулся, не отнимая рук и продолжая пробираться выше.

Люция совсем не была против такого метода соблазнения. Она устала за сегодняшний день, и сейчас расслаблялась от его поглаживаний, ласкающего взгляда и напитка из трав. Селим, добравшись до края халата, сдвигал его полы выше, медленно, игриво, давая шанс отступить. Люция, затаив дыхание, наблюдала за каждым его движением, боясь сбить настрой. Селим, остановился в предвкушении картины, что немедленно ему откроется. Собрав дрожащие пальцы в кулаки, резко распахнул полы и выдохнул доселе задерживаемый воздух. Люция просто упала на постель, представляя свою наготу завоевателю.

— Люция, я хочу медленно тобою наслаждаться, изучить каждый закоулок твоего божественного тела, если ты мне позволишь, потому что каждый раз меня охватывает безумие и я забываю о прелюдии, — он вопрошающе посмотрел в её сосредоточенный на нем взгляд.

— Позволю, — прошептали пересохшие губы в ответ.

И почувствовала как лобок, прикрытый тонким лиловым трикотажем, опалило жаром его ладони. Вздрогнула. Он поводил медленно кончиками пальцев по краям резинок, посылая волны лихорадки по всему телу. Ладонь сменилась губами.

— Как я мечтал узнать твой сокровенный аромат, — шептал он в перерывах между поцелуями ее бедер. — Ночами не спал, а лишь рисовал самые развратные фантазии на твой счет.

Захватив зубами ткань, стал спускать её, девушка подалась всем телом ему навстречу, помогая освободиться от бремени одеяния. Его цепкие пальцы впились в её крепкие ягодицы, сжимая до боли от неистового желания. Она вскрикнула. Он попросил прощения, но отпустить не смог. Она вцепилась в копну его волос, то ли от желания, то ли в отместку, но это понравилось обоим. Он зарычал и слегка прикусил её живот. Она хотела вырваться, но он стал резко бархатным, лизнув укушенное место, расслабив бунтовщицу. Она откинулась назад, утопая в подушках, пряча от стеснения лицо. В этот раз все было противоположно: медленно, воздушно, бережно. Он как будто приносил раскаяние за все предыдущие случаи. А Люция наслаждалась его тактичными ласками. Прогибалась, когда просили его ладони, покорялась, когда требовали. Издавала мурчащие звуки, подстегивая на новые завоевания своего тела.