Книга В стране цветущего граната, страница 82 – Люсинда Миллер

— Селим, что все это значит? — она явно не понимала происходящего.

— А что у обручального кольца бывают разные варианты обозначения?

— Но ты ни разу не заикался на тему серьёзных отношений и вдруг кольцо, да еще с таким пафосом вручаешь. Это по вопросу его покупки ты говорил с Анной?

— Да, размер уточнял.

Она протяжно вздохнула. Отвернулась в сторону сада, собираясь с мыслями. Селим сменил позу, приблизился вплотную к ее коленям своими, привлекая внимание. Поймал ее аквамариновый взгляд:

— Послушай, Люц, это всего лишь помолвочное кольцо. Я предлагаю тебе брак со мною. Но даю время ко мне привыкнуть, если тебе недостаточно пяти лет.

— Ха! Селим, — Люция вскочила с качелей, становясь лицом к лицу. — Какие пять лет? Да, знакомы давно, но близки тесно от силы месяц!

— Иногда и месяца достаточно, а иногда и жизни не хватит понять, кто твой человек, — коснулся легонько ее щеки пальцами, уронил руку.

Их взгляды скрестились точно шпаги. Впервые мужчина так давил на нее своим желанием и не давая выбора. Впервые ему хотелось подчинить, завладеть женщиной на бесконечно долгое время.

— Хм, я рассчитывал на большую радость, когда покупал его.

— Прости. Я не благодарная, — и стала рассматривать украшение более тщательно. — Красивое. У тебя отличный вкус, дорогой.

Последнее слово прозвучало с издевкой, что развеселило дарителя. Отсмеявшись, он не преминул ответить:

— Дорогая, для тебя все самое лучшее. И знаешь что? — став серьезным, выдал: — Пожалуй, даю тебе месяц для раздумий, не более.

Люция застыла с приоткрытым ртом.

— Да, да! Месяц. А потом я приеду и спрошу тебя. А если ты мне откажешь, увезу тебя на Родину и там нас распишут по одному моему согласию.

— О, Селим! Да ты варвар! Это принуждение, рабство. У нас так не принято. Здесь не Восток. Ты не посмеешь!

Девушка разошлась, словно самовар на масленичной ярмарке. Кипела, возмущалась и громко сыпала эпитеты.

— Достаточно. Я все понял. Значит, не любишь меня. Извини, что поставил тебя в неловкое положение.

Люция смолкла на полуслове. Не ожидавшая такое резкое его отступление, растерялась.

— Подарок оставь себе на память. Я уезжаю. Если передумаешь, сообщи, — и не дожидаясь ответа, развернулся и как был в рубашке пошел к машине.

Люция стояла, закутавшись в его пальто, и беззвучно плакала. Провожая взглядом силуэт его профиля в салоне, а потом и сам автомобиль, дернувшийся с места, увозившего в себе ее мужчину и мечту на счастье.

Подбежала Анна. Следом вышел отец и мать, недоумевая в происходящем.

— Люц! Что произошло? Куда Селим уехал? Пальто оставил…, - теребила за плечо Анна.

— Я ему отказала.

— Что ты сделала?! Как отказала? Ты же любишь его! Разве ты не хотела быть вместе с ним все эти годы? Я ничего не понимаю, — отступила на шаг сестра.

***

Возьми мое сердце. Возьми мою душу.

Я так одинок в этот час, что хочу умереть.

Мне некуда деться, свой мир я разрушил.

По мне плачет только свеча на холодной заре.

“Возьми мое сердце” (Ария)

"ЗА" И "ПРОТИВ"

Люция.

Папа предпочёл отмолчаться, лезть в бабские разборки никогда не любил. Мама суетилась вокруг меня и недоумевала.

— Доченька моя, но как же так вышло? Ты что же с ним еще в той командировке завела отношения? И до сих пор мы с отцом не знали, я думала он был гидом, связанным с твоей работой.