Книга Пышный размер. Ландыши от босса, страница 37 – Татьяна Новикова

Убедив себя успокоиться, я укладываюсь в кровать и почти проваливаюсь в сон, когда в дверь снова звонят.

Если это Людмила с очередной порцией претензий, клянусь, я её с лестницы спущу. Если Михаил, то вообще церемониться не буду.

Смотрю в глазок.

Журавлев.

Что он тут забыл, да ещё и незадолго до полуночи?

Открываю дверь. Мужчина проходит в прихожую, секунду или две молчит. Вид у него какой-то встрепанный. От обычного лоска нет и следа. Даже куртка не застегнута, и волосы взъерошены.

— Я не закончил одно дело, — смущенно произносит Илья Андреевич.

— Какое? — спрашиваю я.

И хочу добавить еще что-нибудь язвительное на тему того, что все вещи Людмила забрала с собой или что помогать с уборкой мне необязательно. Но не успеваю. Потому что Журавлев делает шаг вперед, берет мое лицо в ладони и находит своими губами мои. Трепетно и нежно. Ласково и горячо.

Я отвечаю, забывая обо всем. Поцелуй такой жаркий, что становится нечем дышать.

Вот так, в одночасье, сбываются самые глупые, самые наивные мои мечты.

Эпилог

8 месяцев спустя и минус 35 килограммов

Сказать, что моя работа надо собой была легкой, нельзя. Ежедневный труд, самоконтроль, смена пищевых привычек, спорт, а главное – борьба со срывами. Но всё это определенно дало плоды. Пятьдесят шестой размер сменился сорок шестым, который стремится к сорок четвертому.

Поначалу килограммы таяли быстро, первая десятка вообще ушла за два месяца. Потом процесс затормозил, но не исчез. И когда минус на весах стал совсем ощутимым, самым сложным оказалось не сорваться. Не вернуться обратно в самоутешение типа «да ладно, разок не страшно» - и не съесть после этого килограмм торта.

Наверное, всё получилось, потому что работала я для самой себя. Для того, чтобы смотреться в зеркало с удовольствием, чтобы не чувствовать себя одутловатой коровой. Не ради кого-то. И уж точно не ради чужого одобрения.

Нет, я сама устала не любить себя. Устала с трудом подниматься по лестнице. Лишний вес принес мне много проблем со здоровьем и самооценкой, и я занималась (да и до сих пор занимаюсь) их решением.

Вообще последние восемь месяцев были полны перемен.

Одна из самых первых, хоть и не самых важных – окончательный разрыв с Мишей. Я-то его бросила, а вот он еще несколько раз порывался вернуться. Мой бывший давил на жалость и клялся в любви до гроба. Я не отвечала на его сообщения и звонки.

А однажды, месяца через два периодических попыток достучаться, ко мне пожаловала его сушеная вобла, Катя. Нет, она не закатывала сцен, как Людмила Владимировна, но её приход сильно меня встряхнул.

Потому что девушка пыталась втюхать мне Мишу обратно. Клянусь! Она собиралась отдать мне парня, как сдают в приют неугомонного питомца, который делает «дела» на ковер.

— Людмила, вы меня не гоните, — улыбнулась девушка, стоило мне открыть дверь. — Я с тортиком и самыми добрыми намерениями.

И протянула мне самую дешевую «Прагу» из супермаркета. Я качнула головой. Нет уж, обойдемся без углеводной бомбы. Я тут дефицит калорий для чего держу? Чтобы схомячить кусок невкусного торта за компанию? Могла бы хоть в пекарне закупить. А то туфли за десятки тысяч, а «Прага» — за триста.

— Вы ведь не уйдете? — вздохнула я.

— Я бы очень хотела поговорить, — девушка похлопала ресничками и вновь протянула злосчастный торт. — Понимаете, Миша так вас любит…