Книга Измена. Я с тобой развожусь!, страница 31 – Лиза Шимай

— Об этом я не подумала.

— Отец к ней поехал?

— Не знаю. Он не сказал. Я к Веронике, попробую еще с ней поговорить, может быть она что-то вспомнит.

Но Вероника уже спала, поэтому поговорить мне с ней не удалось.

Мы с Сашей до утра не смогли сомкнуть глаз, а как только наступило утро, то я решила позвонить Ясмин.

— Доброе утро, Ясмин, это Катя, простите за беспокойство, хотела узнать как ваша племянница.

— Плохо. Очень плохо, — заплакала Ясмин, — врачи пока ничего не говорят.

Про ребенка я спросить не решилась.

— Если вам будет нужна какая-то помощь…

— Спасибо, Катенька. Я очень ценю.

Я не успела больше ничего сказать, как Ясмин повесила трубку.

— Мам, может надо полиции сказать?

— Не знаю. Я сомневаюсь пока. Вероника толком ничего не помнит. Телефон мы найти не можем. Если отец виноват…

— То он должен ответить за свой поступок, а если нет, то полиция разберется, — говорит Саша, — ты сама всегда так говорила. Ты так говорила, когда отец прикрывал все что творила Вероника. Мы должны рассказать.

— Да, мама, — на кухне появляется Вероника. — Я хочу все рассказать полиции.

Я с детьми сижу в тесном коридоре, мимо пробегают люди в форме. Я думала что все произойдет быстро, но судя по всему до нас нет никому никакого дела.

Вероника ведет себя спокойно, как и Саша, а вот я не нахожу себе места.

Все еще не верю в то что происходит.

Я звонила Тимуру, но он не отвечает. Хотела с ним поговорить прежде чем идти в полицию.

Я понимаю, почему Вероника хочет поскорее со всем этим разобраться, но мне очень страшно обвинять моего мужа без доказательств.

А что, если это не он? А что, если Вероника ошиблась?

Я не представляю, во что это выльется.

Но мне не нравится сейчас, как ведет себя Тимур. Он будто и правда что-то утаивает от нас. Поэтому я осторожно достаю телефон и снова пытаюсь ему позвонить.

Звонок моментально сбрасывается.

— Мам, ты все еще папе звонишь? — Спрашивает Вероника.

— Звоню. Хочу с ним поговорить.

— Он ничего не скажет. Ты же видишь, как он себя ведет?

— Да, я понимаю, но мы пришли сюда, и…

— Ты же сама говорила, что каждый должен нести наказание за свои проступки. Или папу это не касается?

— Это касается всех, Вероника. Если он ей навредил, то он должен за это ответить. Но мы не знаем, что именно произошло.

— Вот пусть полиция в этом разбирается. А мне сейчас очень страшно. — Вероника заламывает пальцы. — Я не хочу, чтобы обвинили меня. Меня в том доме вообще не должно было быть. Я сглупила. Опять поступила импульсивно. И я очень сильно жалею об этом. Но она... — Вероника смотрит на меня, и я вижу, что ее глаза наполнены слезами. — Она ни в чем не виновата. Да, она поступила плохо и неправильно. То, что связалась с женатым мужчином. Но никто не заслуживает подобного.

— Я согласна. Не нам её судить.

— Екатерина, пройдемте?

Наконец-то из кабинета выглядывает молодая девушка.

Мы с Вероникой поднимаемся со своего места, а Саша продолжает сидеть. Он все это время молчал, не проронил ни слова.

Я оставляю Саше свой телефон и говорю.

— Если отец позвонит, то скажи ему чтобы нам нужно поговорить.

Разговор продлился не больше пяти минут. Мы даже не успели ничего толком объяснить. Я вижу, что следователю абсолютно наплевать на наши слова.

Это просто слова, без всяких доказательств.