Книга Измена. Ты старая и скучная, страница 4 – Лиза Шимай

— Мне не нравятся твои намеки.

— А я не намекаю, а говорю прямо. Если ты думаешь, что мужчине в пятьдесят лет совершенно не нужен секс, то ты очень сильно ошибаешься. Нужен еще и как.

Тамара говорит это и я понимаю, на что она намекает.

Значит, их связь не разовая. Значит, она длится какое-то время. Она все это время за моей спиной спала с моим мужем, скрывала это.

Делала вид, что моя подруга.

Она приходит ко мне по утрам, чтобы выпить чашечку кофе и посплетничать. Я думала, мы дружим. А тем временем она была с моим мужем.

— Ты просто дрянь!

Я ближе подхожу к Тамаре, и она отступает назад.

— Ну и что? Что ты мне сделаешь? Ты ничего мне не сделаешь. Сейчас расплачешься, развернешься и забьешься в угол. Это все, на что ты способна. Все, ты уже узнала. Скрывать больше нет смысла. Поэтому просто прими и смирись.

— Что значит смирись? Я не собираюсь с этим мириться.

— Альбина, успокойся, — слышу голос мужа за спиной. — Тамара оставь нас.

— И не просто оставь. А вон из нашего дома! Вон отсюда! Я не хочу тебя видеть.

Тамара фыркает, разворачивается и выходит через заднюю дверь. Мне хочется догнать ее схватить, и я не знаю, что сделать. У меня же рука никогда не поднимется.

Я не была никогда конфликтной, не лезла в драки, и тем более не ссорилась с женщинами из-за мужчины.

Я медленно поворачиваюсь к своему мужу. Смотрю на него и не верю своим глазам.

Я вижу в его взгляде какую-то жесткость и даже ненависть.

Неужели так было всегда, а я просто не замечала.

— Как ты это объяснишь?

— А что здесь объяснять?

— У тебя интрижка с Тамарой, — я подхожу ближе и говорю, это глядя мужу в глаза. — Интрижка. С моей подругой, нашей соседкой, я об этом узнала, она двадцатилетие нашей дочери. Ты совсем с ума сошёл?

— Прекрати истерику. Меня это уже порядком начинает раздражать последнее время. Ты ведешь себя так, что с тобой просто невыносимо находиться в одной комнате, поэтому возьми себя в руки и идём.

Я тяжело дышу, сердце сводит от боли, а перед глазами пляшут белые пятна.

Не представляю, как взять сейчас себя в руки и идти на праздник, улыбаться, делать вид, что все хорошо и прекрасно.

— Мама фотограф приехал! — Кричит Настя.

А я уже ненавижу, весь этот день. Весь этот праздник. Я хочу остаться одна хочу, чтобы все ушли.

Я думала, это будет счастливый, прекрасный, семейный день, но ошиблась.

— Идем, дочка ждет. — Говорит муж.

— И ты думаешь, что я сейчас так просто пойду? Буду улыбаться гостям и делать вид, что ничего не случилось.

— А что еще ты можешь сделать? Альбина, что скажи мне? Ты же непробиваема. От тебя не добьешься никаких эмоций. Если бы ты думала своей головой, то давно бы поняла, что всё, отношения уже закончились, и мы вместе только ради детей. Поэтому прекращай истерику и веди себя, как мудрая женщина, ничего серьезного не произошло.

— Вот такая благодарность, да? — Говорю я, — вот такая благодарность за тридцать лет брака, за то, что я растила наших детей за то, что я растила твоего ребенка от первого брака? Я стала ему матерью, когда совершенно была к этому не готова.

— Ты сама приняла это решение. Не надо меня упрекать.

— Я тебя не упрекаю, я говорю о том, что я еще институт не закончила, когда мы с тобой поженились, у тебя был ребенок от первого брака. Я его приняла. Я его растила с самого маленького возраста. Я люблю как своего.