Книга Между прокурором и бандитом, страница 19 – Бетти Алая

Свет неоновых огней режет клубящийся дым: синий, кроваво-красный, ядовито-фиолетовый.

Музыка – низкочастотный гул, бьющий прямо в мозг, заставляющий внутренности вибрировать в такт.

Сижу в своей ВИП ложе. Я хозяин. Вижу всё.

Внизу, у танцпола, два «авторитета» с манерами медведей в дорогих костюмах заливают в горло коллекционный коньяк, попутно запуская лапы под юбки девицам, чьи глаза пусты от кокса.

В дальнем углу, за полупрозрачной ширмой мелькают слившиеся тени, там уже началась групповая ебля, сдавленные смешки перемежаются шлепками по женским задницам.

Воздух густой: парфюм высшего класса вступает в поединок с запахом пота, дорогого табака.

Ко мне поднимаются двое. Матвей, седой волк с лицом, изрезанным шрамами вместо морщин, и молодой, Слава, чьи глаза слишком голодные. Матвей хрипло поздравляет с «чистым делом» на севере – намёк на ту самую недостачу, которую я сегодня утром закрыл.

Киваю, не улыбаясь. Слава что-то лепечет о «новых возможностях». Я смотрю на него, пока он не замолкает, сглатывая. Раньше их уважение питало меня. Сегодня оно просто давит на плечи. Бессмысленная хуйня, попытка лизать зад тому, кто сильнее.

Киваю в сторону двери, и бандюки понимают меня верно. Мой взгляд скользит по залу. Все бессмысленно. Я вижу лишь стерильную белизну кабинета. Холодный блеск хирургических ножниц в руке Марго. И вызов в ее глазах. Тот предательский микроскопический сдвиг в глубине зрачков, когда наше дыхание смешалось в одно.

Ко мне подходит Карина. Моя постоянная шлюха. Тело – идеально вылепленный инструмент для наслаждения, ум острый, циничный, лишённый глупых иллюзий. Её шёлковое платье цвета чернил сливается с полумраком ВИП ложи.

Раньше один её вид: знающая улыбка, круглая задница, стоячие сиськи – заводил меня. Прикосновение тонких пальцев к груди заставляло кровь бежать быстрее. Она была идеальным противоядием от всего. Воплощением простой, понятной, животной правды.

— Соскучился, милый? – Карина губами касается моего уха, языком слегка проводит по мочке. Старый проверенный сигнал.

Поднимаю на нее взгляд. Смотрю в её пустые, бездушные глаза. В них есть огонёк, вызов, но это другое. Игра, в которой все правила известны и финал предрешен. Не тот дикий, неистовый протест, что обжигает, как ток.

Она не Марго.

Карина видит мою реакцию. Руками скользит вниз, умело, профессионально, зная каждую реакцию моего тела. Раньше это работало безотказно.

Сейчас её прикосновения как наждак по нервам. Мозг кричит, сравнивая: не те пальцы, не те касания, не тот запах. Пытаюсь силой воли прогнать образ, который разъедает изнутри.

Пытаюсь увидеть в Карине хоть что-то. Но это фальшивка. Тело отказывается верить. Оно остаётся холодным, член не реагирует, в то время как внутри всё клокочет яростным, унизительным желанием, направленным на совершенно другую женщину.

Её движения становятся настойчивее, потом – неуверенными. Карина отрывается, смотрит на меня с лёгким удивлением, потом с намёком на обиду. – Эмир… что-то не так? Раньше всегда… – Она не договаривает. «Раньше» висит между нами тяжёлым упрёком.

Именно это «раньше» вызывает во мне взрыв. Раньше – это до неё. До той, что вонзилась в мозг, как заноза. Ярость поднимается ледяным тошнотворным приливом. Она не направлена на Карину. Она направлена на меня самого. На эту слабость.