Книга Ты и только ты, страница 47 – Лилия Хисамова

Раф упирает меня в стену, чтобы не упала. Одной рукой расстёгивает ширинку на джинсах и спускает их вниз.

С трудом делаю вдох, когда этот гигант впечатывает меня в свою твёрдую, как камень, грудь. За секунду до того, как войти в моё лоно, его глаза вспыхивают жутким чёрным огнём, предвещающим нечто безумное.

Я вскрикиваю от боли, когда огромный член распирает меня изнутри. Раф совсем не даёт мне привыкнуть и, едва войдя, начинает сразу таранить со всей мощью. Сминает в руках моё тело, подчиняет себе, убивая зачатки протеста. Задумай я убежать, боксёр мертвой хваткой удержит и продолжит свою пытку.

Я сдаюсь и раздвигаю ноги сильнее, впуская его до упора. Раф жадно скользит взглядом по моим губам, но больше не тянется поцеловать. Боль постепенно утихает и сменяется приятными ощущениями. Я подаюсь ему навстречу, безмолвно моля не останавливаться.

— Не смей кончать, шлюха! — его правая рука опускается мне на шею, сжимая горло.

Я дёргаю головой, чтобы освободиться от захвата.

— Не надо мне приказывать, — шиплю, как разъярённая кошка.

— Заткнись, — хрипло дышит мне в губы и продолжает без передышки долбить моё тело.

Внутри пробуждается странное чувство власти над этим огромным мужчиной. Перечить ему всё равно что показывать своё превосходство.

— Подонок! — выпаливаю в ответ.

Раф немного отстраняется и сильнее сдавливает мне шею.

— Если кончишь, я тебя накажу, — в его словах слышу приговор.

Но меня он больше не пугает.

Пусть мне будет хорошо. Может, я не такая самовлюблённая стерва, как эта его Эльза, но я почему-то уверена, что у меня больше власти над Рафом, чем у всех его шлюх вместе взятых. От этой мысли меня скручивают странные ощущения. Словно мне стало доступно нечто запретно-сладкое.

Мое лицо раскраснелось. Дыхание на пределе. Мне так хорошо, что хочется плакать и смеяться одновременно. Я готова задохнуться от его таких сильных, быстрых, диких толчков.

Запах мужчины, пропитанный страстью, одурманивает меня, и я наслаждаюсь им, как любимым парфюмом.

Это какое-то сумасшествие, не иначе.

Раф сжимает мои ягодицы, вдавливая в себя сильнее. Вспышка удовольствия затмевает сознание. Я откидываю голову назад и, почувствовав, как тугой узел сдавливает низ живота, издаю стон неистового блаженства.

Оргазм такой мощный, что, как ни силься, его не остановить. Да я и не собираюсь скрывать, как мне хорошо. Он должен видеть каждую мою эмоцию. Ощущение безмятежного счастья не сравнимо ни с чем. И, даже если за ним последует наказание, этот сладостный миг того стоил.

Какой же Рафаэль всё-таки странный.

В один момент набрасывается на меня, как голодный зверь на кусок мяса, а в другой — резко бросает и уходит, громко хлопнув дверью.

С виду он выглядит хладнокровным и безучастным, а по поступкам кажется, что внутри этого безумца извергается вулкан эмоций.

Несколько часов я сижу на кровати, уставившись на закрытую дверь.

Раф не возвращается.

Меня одолевают абсолютно противоречивые чувства: с одной стороны, мне стоит радоваться, что он оставил меня в покое, но, с другой стороны, одиночество меня убивает, и хочется присутствия другого человека рядом. Даже если этим человеком будет Раф.

Внизу слышатся голоса и активное движение. Я думаю, что, может, к Рафаэлю приехали гости, и он на время отвлёкся. Но, пролежав всю ночь практически без сна, я так и не дожидаюсь его прихода.