Книга А ты была хорошей девочкой?, страница 19 – Татьяна Донченко

Но больше всего меня тронула карта мира с отметками ключевых месторождений драгоценных камней. На ней были обозначены все известные рудники, места добычи редких минералов, и… точка в Юте с моим именем и названием моего найденного берилла. «София».

Я подошел к Рите, поцеловал ее, тронутый ее вниманием. Она действительно знает, что мне нужно.

Рита получила кулон с таким же видом изумруда, что и на ее помолвочном кольце — из той же ограниченной коллекции, единственной в своем роде.

Девочки оценили, разглядывая камень и огранку, восхищаясь чистотой и глубиной цвета этого редчайшего камня.

Огранка камня была выполнена настолько искусно, что создавалось впечатление, будто он светится изнутри.

А для Софии мы распаковали шар ручной работы.

Эта вещица представляла собой не просто сувенир, а настоящее произведение искусства.

В центре шара — ледяная пещера из прозрачной смолы.

Камень «спрятан» внутри пещеры, словно драгоценность, найденная в сугробах. Вокруг — искусственный снег, миниатюрные ёлочки, фигурки зверей: крошечный олень, лисица, зайчик — все слеплено с удивительной точностью и любовью.

Внизу подпись: «Посвящается моей дочери Софии».

При встряхивании снег оседает, открывая камень целиком. Особенно, его реальный размер…

Волков смотрел на меня, все понимая, и засмеялся.

Да, я снова это сделал. Оставил «заказчику» идеально сделанную копию, а оригинал забрал себе.

Рита, увидев камень, посмотрела на меня, широко распахнув глаза.

— Ну, ты и сукин сын, Романов, — сказала она, с улыбкой качая головой.

Я улыбнулся ей в ответ, невинно пожав плечами.

— Не смог удержаться.

КОНЕЦ

POV Дима

Соленые брызги хлестали в лицо, ветер трепал волосы, а скоростной катер нес нас сквозь бирюзовые воды Индийского океана.

Эля прижалась ко мне, сонно уткнувшись щекой в плечо. Ее соломенная шляпа съехала набок, открывая лицо навстречу безжалостному тропическому солнцу.

Не раздумывая, я поправил шляпу, закрывая ее лицо от яркого света. И оставил руку, придерживая ее, чтобы она больше не слетала.

— Спи, любовь моя, спи. Скоро будем, — прошептал я, целуя ее в макушку. Она что-то невнятно пробормотала в ответ, обняла меня и снова погрузилась в дрему.

Напротив сидел Роман, мой брат-близнец, и, скорчив гримасу, показывал мне неприличными жестами, намекая, что я подкаблучник.

Я лишь закатил глаза. Кто бы говорил!

Рита, его жена, сидевшая рядом с ним, легонько стукнула его по руке.

— Эй, ты чего, зверюга? Это, между прочим, очень мило! — сказала она, поймав мой взгляд и подмигнув.

Роман лишь фыркнул:

— Моли бога, чтобы эти «милахи» не поселились с нами по соседству, иначе мы никогда не поспим: ни днем ни ночью.

— А ты спать на мальдивах собираешься?

— Нет, я планирую… — а дальше он притянул ее к себе и зашептал что-то на ухо.

— Извращуга! — Рита снова стукнула Ромку, густо покраснев.

Я улыбнулся.

Рад был за брата до безумия. Рад, что он в последний момент смог уладить свои дела и вырвался вместе с нами в отпуск. Мне нравилось проводить с ним время. Да и Эля с Ритой очень сдружились. Им не хватало общения.

То, что мы жили в разных городах: мы в Москве, а они в Питере, немного портило наши планы часто собираться вместе. Поэтому мы хватались за любую возможность встретиться.