Книга Образцовый доктор, страница 85 – Татьяна Донченко

— √V»–^√–~√V–^√V–

— Пришлю тебе все, что нашел, – бросил я в телефонную трубку, не отрывая взгляда от огней ночного города, проносящихся за окном машины.

Разговаривал с Михаилом, старым другом, работающим опером. Он единственный, кому я мог довериться в этом кошмаре. Впереди вырисовывались очертания больницы, словно напоминание о той борьбе, которую я вел не на жизнь, а на смерть.

— Отцу пока ничего не говорил, – продолжил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри бушевал ураган отчаяния. – Он взбесится, когда мы все обнародуем.

— Еще бы! Такая кормушка прикроется!

«МедТек», наша семейная компания, построенная дедом на производстве препаратов, мягко говоря, сомнительного качества… И если старик перед тем, как уйти из жизни понял, что натворил, то до отца все еще не дошло.

Я много раз пытался пробиться в совет директоров и управление, надеясь изменить ситуацию изнутри. Но понял, что это бессмысленно. Это как битва с Голиафом, которую заранее обречен проиграть.

Я вырос, наблюдая за тем, как дед цинично зарабатывает деньги, ставя прибыль выше человеческой жизни. А потом погиб Андрей, мой приемный сын. И это стало для меня точкой невозврата.

— Я нашел новые документы, – проговорил я в трубку, – Фальсификации данных, подкуп врачей… Все гораздо хуже, чем я предполагал.

В моей голове проносились картины поддельных отчетов, намеренно скрытых побочных эффектов, загубленных жизней.

— Жаль, что не вышло убедить твоего отца и тех, кто мог повлиять на производство.

— Я пытался остановить этот беспредел. Но для таких людей деньги и власть – это все. Ты же его знаешь.

— Твой отец поймет, что это ты, – опасливо сказал Миша, – сразу же.

— И пусть, – усмехнулся я. – Мы уже давно выяснили, что мы далеко не образцовые отец и сын.

С каждым новым доказательством мир вокруг меня рушился на части. Я не ожидал, что все окажется настолько серьезно. Понял, почему нельзя ничего изменить. Проще действительно уничтожить кампанию, чем сделать ее безвредной.

Я вышел на связь с бывшими сотрудниками «МедТека», с журналистами, со всеми, кто готов был бороться за справедливость.

Мы создали союз, чтобы вывести эту преступную корпорацию на чистую воду.

— Мы заденем очень большие интересы, – произнес я с трудом, – Нужно действовать постепенно, дозированно делать вбросы не одним днем рубить головы. Люди лишатся работы. Заводы встанут. Нужно дать им шанс уйти.

— Ты все равно всех не убережешь, Леш. Ты будешь бороться с ними годами. И все равно, это очень опасно, понимаешь? – предупредил друг.

Риск был огромен. Я рисковал всем: своей карьерой, своей жизнью, конечно же, отношениями с отцом. Но отступать было нельзя.

А теперь, когда появилась Алена, и все мои мысли только о ней, стало вдвойне тяжелее заниматься уничтожением дела деда.

— Я должен это остановить, чего бы мне это ни стоило. Иначе я не смогу смотреть в зеркало.

Я замолчал, чувствуя, как в груди все сжимается от боли.

— Понимаю, дружище, я с тобой.

— Пожалуйста, будь осторожен, Миш. И… спасибо, что помогаешь мне.

В трубке раздались гудки отбоя. Впереди показались ворота больницы, и я знал, что эта ночь принесет новые испытания. Алена… И моя дочь, снова в реанимации.