Книга Письма из чулана, страница 3 – Татьяна Донченко

— Эта стерва вызвала меня сегодня и разнесла в пух и прах мою аннотацию при всех! Да еще обозвала бездарностью! Так обидно, что уволиться хочется!

— Что?! – мой голос сорвался на писклявый визг.

* * *

Двадцать минут спустя.

«Дорогой Владислав Сергеевич!» УДАЛЕНО.

«К черту условности, я тебя давно знаю, а ты – меня. Так что, просто Влад!» УДАЛЕНО.

«Главному редактору издательства.

Я Вас, конечно, люблю и все такое, но это уже ни в какие ворота не лезет! Почему Вы развязываете руки Богачевой? Да, она – ваш заместитель, но разве вы не видите методы ее работы? С каких пор оскорблять коллег стало входить в ее обязанности?! Почему Вы ей это позволяете? Анжела Склярова – один из талантливейших редакторов в этом издательстве. И если она уволится из-за разыгравшегося ПМС вашей помощницы, Вы потеряете ценный кадр! Она хотя бы прочитывает книгу, прежде чем написать аннотацию, в отличие от некоторых…»

Раздался очередной звонок, но на этот раз из моей сумочки, стоявшей на подоконнике. Все еще пребывая в праведном гневе, я с силой оттолкнулась от пола ногами и намеревалась изящно переместиться к окну. Колесики кресла тихо скрипнули и застряли.

Не буду вдаваться в подробности описания следующих позорных минут своей жизни. Скажу, что я еще легко отделалась. Только ушиб и пара ссадин на локтях.

— Кира? Милая, что-то случилось? Голос у тебя странный, – затараторила мама в трубку, и я поспешила оборвать нескончаемый поток ее речи.

— Всё в порядке, мам! Просто не в ладах с законами гравитации, – я потерла ушибленное колено.

— Ты отравилась в столовой? Мне Стасик рассказал! Хочешь, водитель приедет за тобой? Побудешь у нас в гостях, за городом. Не сидеть же одной в съемной квартире в такой праздник!

Стоит ли рассказывать, сколько времени мне потребовалось на то, чтобы заверить свою сердобольную маму в том, что я в полном порядке и все еще при наличии всех конечностей и здравого ума?

Хотя в последнем больше не стоит быть такой категоричной.

«Дорогой Влад.

Я знаю, как тяжело быть главным редактором (Хотя откуда мне знать?), но хочется верить, что тот Влад, которого я знала еще в детстве, тот Влад, который обзывал меня синичкой за то, что я была бледным и худеньким подростком, тот Влад, который приезжал со своей семьей к нам на каникулы, все еще живет в тебе! Ты был таким добрым и отзывчивым, таким справедливым и честным! Именно таким я до сих пор помню тебя и не хочу верить, что ты мог поддаться влиянию змеи-искусительницы-Богачевой! Я знаю, что это все влияние ее неотразимых форм, но черт тебя возьми, она по головам пойдет, появись у нее такой шанс, а ты…»

— Кира, Кира-а, бегом в конференц-зал! Там босс сейчас речь толкнет! Говорят, Буфера будут награждать еще до официального письма! – голос ворвавшегося Лехи испугал меня не на шутку. Широкоплечий здоровяк с такой же широченной улыбкой и глазами, горящими, как у человека, который вот-вот сорвет куш. В довершении к образу – зеленая мишура, обмотанная вокруг шеи.

— Я вообще-то немного занята, – я отвернула монитор от его любопытных глаз. – К тому же не хочу видеть очередное декольте Богачевой? Ты к ней неравнодушен, не я!

Улыбка Лехи сползла с лица. Он сокрушенно привалился к окну и тяжело выдохнул:

— А кто тогда будет пинать меня? Я и шага не сделаю, даже розы вон купил, а подарить не смогу.