Онлайн книга «Последний день в... Париже»
|
Когда нас доставили в участок, мы снова выслушали лекцию о правилах поведения в общественных местах, но уже на английском. Затем нас оформили и определили в изолятор, дожидаться пока за нас не внесет кто-нибудь залог. Кристина пустила в ход все свое очарование и добилась разрешения на один звонок. Жан и Поль согласились приехать, внести залог и поручиться за нас. Хорошо, что сумма была посильная, и мы намеревались вернуть ее во что бы то ни стало. — Это треш! – вздохнула Кристина, вытягивая ноги, прислонившись затылком к стене и закрывая глаза. – А я так мечтала выпить шампанского в номере с фруктами, что мы на рынке купили с Соней, пока ты дрыхла. — Еще успеем, – ответила я, понимая, что после такого «путешествия» точно бы не отказалась от пары бокальчиков, несмотря на данное себе же обещание пока не пить. Мы трое замолкли. Тишина была тяжелой, почти осязаемой, нарушаемая лишь отдаленными шагами охранников и звоном ключей. Каждая клетка моего сознания напоминала о том, что я здесь по собственной вине и по самой тупой причине из всех возможных. Сердце колотилось в груди, как птица, пытающаяся вырваться на свободу. Воспоминания о том как мы – три курицы – погнали с визгом, даже штаны не надев, что-то сделали с моим мозгом. Я улыбнулась. Кристина тоже рассмеялась. А Сонечка укоризненно заскулила: — Ну, де-е-евочки! Мы засмеялись еще громче. День третий Утром мне снился восхитительный сон-воспоминание. –Почему ты сидишь здесь один? –мой язык заплетался, и я проговаривала слова медленно, скрывая опьянение от одной затяжки.– И грустишь. Я не могла отвести взгляда от его лица, завороженная стальным цветом его глаз. – Разорвал помолвку – как тебе такое? – Случайно, не в «Жюль-Верне»? –теперь я вспомнила, где видела его спину. Он кивнул, и я осмелилась добавить:– А она красотка! Ты уверен, что правильно поступил, бросив ее? Алекс сделал затяжку и вернул мне сигарету. Я невольно сосредоточилась на фильтре, думая о том, что он только что касался его губ. Перевела взгляд на его рот и застыла. Полные, с нежным контуром, чувственным изгибом – идеальные. Их цвет был насыщенным, с легким блеском, который играл на свету.Каждый раз, когда он говорил, губы чуть раскрывались, обнажая белозубую улыбку. – Ты на меня пялишься, веснушка? –без малейшего смущения улыбнулся он, словно наслаждаясь моим возрастающим интересом. –А ты мог бы сделать вид, что не замечаешь, прояви хоть немного такта, – возмутилась я, вернув внимание сигарете. Вторая затяжка вызвала меньше кашля. Я делала успехи. –И не отвлекайся, ты рассказывал историю о разрыве. Помолвка. Что произошло? –Нора, она… – он нахмурился, погружаясь в неприятные мысли, – мы знакомы с детства, наши семьи дружат, и нас почти сосватали с пеленок. Сначала я не был против – если уж связывать себя с кем-то, то с Норой. Она хотя бы не возражала… – Против чего? – Против моих странностей, –с многозначительным ухмылкой отметил Алекс, пристально изучая мое лицо в ответ на наглое разглядывание. – Мне стоит уточнять что за странности? Он поджал губы, задумчиво опуская взгляд, затем рассмеялся и покачал головой. – Ты не захочешь знать. – Удиви меня. Он медленно поднес сигарету к губам, искорка зажженного огня на кончике мягко осветила его лицо. Каждый вдох приносил ему мгновение спокойствия, каждый выдох – легкое ощущение освобождения. Он закрыл глаза, позволяя себе погрузиться в свои мысли, а потом заговорил: |