Книга Последний день в... Париже, страница 17 – Татьяна Донченко

«Ага, и поэтому сразу нам не рассказала», – добавила я про себя.

Соня шмыгнула носом, Крис обняла ее, а я присоединилась к ним.

— Как мы докатились до такого? – озвучила я вопрос, который, казалось, терзал нас всех. – Раньше обо всем друг другу рассказывали: каждый мальчик и каждый первый поцелуй, а теперь такие серьезные проблемы и мы молчком.

— Больше никаких секретов друг от друга, дурочки! – заворчала Соня.

— Чем старше, тем серьезнее проблемы, – согласилась я. – Как это раздражает! Давайте оставим все на уровне «первых поцелуев»?

— Ты, вон, осталась! – хихикнула Крис. – Подробности недавнего поцелуя утаила не только от нас… но и от себя.

Девочки начали тихо посмеиваться.

— Я все помню, – шутливо нахмурилась я. – Просто еще не поделилась.

— О, память возвращается, да? – Крис лукаво посмотрела на меня. – Что, было паршиво, раз молчишь?

— Нет, – лицо вспыхнуло от смущения, – было круто! – Мысли о том поцелуе не давали мне покоя, несмотря на мои усилия забыть его. Сердце гулко забилось. – Так круто, что я теперь каждую минуту об этом думаю.

Соня и Кристина смотрели на меня, радуясь. Мы знали друг о друге все. На что я полагалась, пытаясь что-то скрыть? Больше таких ошибок не допущу.

— Я не наелась, – похлопав по животу, деликатно перешла на другую тему. – Пойдемте прогуляемся к Триумфальной арке и полакомимся круассанами с кофе. Мечтаю о них уже третий день.

— Желание Селезневой – закон! – отрапортовала Крис, приставив ладонь к виску будто отдавая честь.

Обувшись, мы отправились на прогулку. Восхитительная погода и изумительные Елисейские поля. Любое место, куда ни стань – словно открытка. Мы дурачились, придумывали идеи для фотографий, сделали их около пятисот, не меньше! Скоро моя лента запестрит новыми фотками.

— Слушай, Сонь, на счет жилья со свекрами, ты подумай лишний раз. – Вернулась к теме Кристина, когда мы сели за столик в уличном кафе. Знали, что здесь ценник дороже всего, но как можно было не погрузиться в атмосферу Парижа и не поглазеть на виды вокруг. – Знаешь, сколько браков рушатся из-за совместного проживания с родителями.

— Если будет невыносимо, что-нибудь придумаем.

— Снять квартиру – не вариант? – Кристина была неумолима. Ее философия была проста и ясна: «Все люди – отстой. Проще знать это и приятно удивляться, если кто-то докажет обратное».

— Чтобы быстрее накопить на свое жилье, эти деньги лишними не будут, – Соня приняла меню и с грацией и врожденной нежной женственностью улыбнулась официанту, который слегка поплыл.

Она безумно красивая! Тёма обязан порвать на себе рубаху ради ее счастья. Я понимала настойчивые намеки Крис на необходимость отдельного жилья.

— А что насчет ипотеки? – спросила я.

— Тёма ни за что не согласится, – вздохнула она. – Такие проценты сейчас, космос!

— Конечно! – фыркнула Крис. – Ему то что? В тепле, у мамки под сиськой, котлеты и борщи и трусы постираны. Ипотека требует зрелости.

Я ткнула блондинку в бок с осуждающим взглядом.

— Ну а что? Разве я не права? Это ж мужики.

Вот что парадоксально: феминистка Кристина при этом обожала время, проведенное в мужской компании. Жан и Поль тому подтверждение. Ангельская красота и ледяное сердце – опасное сочетание. Она разбивала сердца, по щелчку пальцев. Нежна и безжалостна. Такому не научиться, с этим нужно родиться.