Книга Последний день в... Париже, страница 28 – Татьяна Донченко

— Ты завтра тоже идешь в секс-клуб? – радость Кристины зашкаливала. – И что же выбрала наша мега-умница?

— Кунилингус, – так быстро ответила я, что слово почти невозможно было разобрать.

— Ха, то, чего твой Пашка так и не освоил? – рассмеялась моя подруга.

— Я начинаю жалеть, что рассказала вам об этом, – у меня щеки стали такими же, как и цвет самых розовых косичек из всей радужной палитры на моей голове.

— Как можно так облажаться и не научиться делать куни? – всплеснула руками Крис. – Это же самое простое. Нежнее места не найти в женском теле, епта!

— Может, у меня клиторальная атрофия, – пробормотала я с грустью.

— Фигня! – воскликнула Крис. – Ты же достигала оргазма самостоятельно. Проблема в технике. Или ее отсутствии.

— Блин, некоторые вообще его найти не могут, – вставила Соня, улыбаясь. – Я сейчас не про Тёму! Часто мемчики вижу про то, как мужики по жизни в вечных поисках: носков, еды в холодильнике и клитора.

— Да как, блин, его можно не найти?! – недоумевала Крис. – Неужели никто порно не смотрит? Элементарно – погуглить.

— Кто-то находит, но не знает, что делать, – сказала я, вспомнив Пашу.

— Он просто не прислушивался к тебе, – отметила Крис. – Хотя странно. Он ведь от тебя без ума, просто повернут. И при этом не понимал, что приносит тебе удовольствие, а что нет…

— Я уже думаю, что дело в мозгах, – задумалась я. – Как в самом эрогенном месте. Я же относилась к нему, как к другу детства. Мы с ним на один горшок ходили, и это не метафора. Может, у меня не было, не знаю… я не воспринимала его как мужчину? Самца? Или что-то вроде того.

— Жана и Поля я тоже как самцов не воспринимаю, но мечтаю их трахнуть до безумия, мысли только об этом! – подхватила Кристина, съев последнюю клубнику. – Еще купить надо завтра, а то всю слопала. Сорри.

— Короче, мы решили, что твой бывший Паша просто неопытный, – Соня виновато посмотрела на меня. Она однажды была мне жилеткой, когда я решилась расстаться с Пашей, и рыдала на ее плече, переполненная чувством вины.

— Или дурак, раз не мог поучиться или на крайняк поспрашивать у тебя, раз уж ему так важно было удержать тебя, – деловито изрекла Крис, а потом, прыснув от смеха, добавила. – Кунилингус как семейнообразующая ячейка.

— Ну, а что, если это и правда так? – согласилась Соня.

— В общем, Эйнштейн, завтра ты хоть посчитай, сколько раз кончишь, – лукаво улыбнулась Крис. – А ты указала только ласки языком? Или фистинг, например?

— Только язык, – я уже столько раз краснела, что это стало перманентным цветом моей кожи.

— Ну, да, пусть постарается, – хихикнула Крис. – Ставлю десять евро, что ты кончишь за три минуты.

— Я ставлю на меньше, – улыбнулась Соня.

— Хэй? Это что – азартные игры? – возмутилась я.

— Считаем с момента, как его язык касается клитора, – Крис будто меня не слышала. – Все эти предварительные ласки не считаются.

— Эй? – позвала я еще раз, дождавшись внимания, спросила: – Вы серьезно думаете, что я буду засекать?

— Да! – ответили они в голос.

— Вы ненормальные? – и после всего, что мы пережили вместе, я все еще задаюсь этим вопросом.

— Ну а тебе не интересно? – Соня потянулась к черешне, набрав горсть.

— Меня больше интересует, дорогая любительница уводить разговор в сторону, как закончилсятвойвечер.