Книга Имран. Заберу тебя себе, страница 68 – Лена Голд

— Не знаю, кто. Чёрный джип, уже минут пять тянется за нами. Думал, совпадение, но, кажется, нет, судя по тому, что не обходит.

Я тоже смотрю в боковое зеркало. Действительно вижу массивный темный силуэт. Он держится на приличном расстоянии, но не отстаёт.

— Это… мой отец? Как думаешь?

— Возможно. — Имран сбрасывает скорость, пропуская машину вперед, но джип тоже притормаживает. — Или его люди. Неважно.

Он нажимает на газ. Машина ускоряется, двигатель взревает. Я вжимаюсь в кресло. Дорога впереди становится пустыннее — мы съезжаем в район с частными домами, где меньше машин.

— Держись, — коротко бросает Имран.

Я хватаюсь за ручку над дверью. Смотрю в зеркало — джип тоже ускорился. Он приближается.

— Имран...

— Вижу.

Он пытается уйти в сторону, но поздно.

Удар.

Страшный, грохочущий, железный звук. Меня бросает вперёд, ремень безопасности впивается в грудь, но голова... Голова не зафиксирована. Я ударяюсь виском о стекло. Мир на секунду взрывается белой вспышкой.

Машину крутит. Я слышу визг шин, запах жжёной резины, чувствую, как нас тащит куда-то в сторону. Мы переворачиваемся? Нет. Имран выравнивает. Чудом, каким-то невероятным усилием, он выравнивает автомобиль.

Скрежет. Толчок. Тишина.

Мы остановились.

Я моргаю, пытаясь сфокусировать зрение. В ушах звенит. Голова раскалывается. Провожу рукой по лбу — пальцы становятся мокрыми. Красными.

— Алина!

Голос Имрана пробивается сквозь звон. Он уже расстёгивает ремень, поворачивается ко мне. Глаза дикие.

— Я в порядке, — хриплю. — Кажется.

— Сиди здесь.

Он вылетает из машины. Я смотрю в разбитое боковое стекло и вижу, как джип, который в нас врезался, сдаёт назад, разворачивается и уносится в темноту. Имран успевает разглядеть номер. Достаёт телефон, кому-то звонит.

— Чёрный джип, номер... — диктует он, чеканя каждую цифру. — Проследить. Найти. Мне нужно всё.

Он слушает ответ, кивает, убирает телефон. Открывает дверь с моей стороны.

Карахан тянется ко мне, и я вижу, как дрожит его рука.

Впервые. Впервые я вижу, как у него дрожат руки.

— Покажи, — говорит он глухо.

Я убираю ладонь со лба. Он наклоняется, рассматривая рану. Кровь течёт по виску, капает на сиденье. Наверное, выглядит хуже, чем есть.

— Сильно? — спрашиваю я.

Муж не отвечает. Вместо этого открывает бардачок, достает аптечку. Открывает коробку, достает перекись и вату.

— Сейчас будет щипать, — предупреждает.

Вата касается лба, и я шиплю от резкой боли. Но не отстраняюсь. Имран дует на рану.

Аккуратно обрабатывает ее так, будто это самая важная работа в его жизни.

— Имран, — шепчу. — Со мной всё хорошо.

Он поднимает глаза. В них пламя. Могу поклясться, что, если бы он поймал водителя того джипа — убил бы его.

— Я найду его, — цедит сквозь зубы.

— Ты видел номер… Этого достаточно.

— Он может быть липовый. Но найду причину любом раскладе. Слово да.

Имран заклеивает рану пластырем. Проводит пальцем по краю, проверяя. Потом долго, внимательно, изучающе смотрит на меня.

— Голова кружится?

— Немного.

— В глазах не двоится?

— Нет.

— Зрачки... — Он всматривается в мои глаза, заглядывает в каждый. — Нормальные. В больницу всё равно надо. Сотрясение проверить.

— Имран…

— Алина, это не обсуждается.

— Со мной все в порядке. Честно! Твои родители нас ждут. Благо крови на одежде нет, а это значит, они даже не догадаются, что случилось. Не стоит их тревожить.