Книга Булочка для генерала, или... Во всем виноваты ландыши!, страница 8 – Елена Сергеева

— Вы... вы оба еще пожалеете! — бросает она напоследок, разворачивается и убегает вверх по лестнице, громко топая каблуками.

Наступает тишина.

Я стою, прижимая к груди букет из конфет, и чувствую, как меня трясет. То ли от смеха, то ли от нервов.

— Ну и дела, — выдыхаю я первая.

Генерал поворачивается ко мне. В его глазах смесь вины, злости и еще чего-то особенного. Нежности, что ли?

— Простите, Алиса. Я не думал, что так выйдет.

Я смотрю на мужчину, который из-за какой-то дурацкой перевернутой цифры на моей двери ворвался в мою жизнь, перепугал меня ландышами, подружился с моим псом, выгнал бывшего, притащил пару килограмм шоколада и теперь вот... стоит, извиняется за чужую истерику.

И вдруг меня прорывает на смех.

Сначала тихо, потом громче, потом я уже хохочу в голос, уткнувшись лицом в его шикарный шоколадный букет.

— Вы чего? — он смотрит на меня с недоумением.

— Представляете, — выдавливаю я сквозь смех, — она думает, что я специально цифру перевернула, чтобы вас заманить. Гениально! Прямо шахматная партия! Я, значит, сидела, планировала, коварные планы строила, гвоздик выковыривала... А у меня просто руки никак не доходили шестерку на место поставить!

Генерал смотрит на меня секунду, потом начинает улыбаться, потом тоже смеется. Сначала тихо, потом в голос.

— Сумасшедшая, — говорит он.

— А вы разве нет?

— Есть немного.

Мы стоим в прихожей и хохочем, и я вдруг понимаю, что это, наверное, и есть счастье. Когда с человеком можно посмеяться над абсурдностью жизни, когда он не бежит решать проблемы, не психует, не обвиняет, а остается и смеется вместе с тобой.

— Идемте чай пить, — говорю я. — Конфеты пробовать. Переместим свидание ко мне в квартиру.

Ирина. Соседка

Примерно так выглядит букет.

Мы проходим на кухню. Я ставлю чайник, а он садится за стол и смотрит на меня. Так смотрит, что у меня внутри все переворачивается. Я даже чувствую, как щеки начинают гореть, будто мне не тридцать с хвостиком, а шестнадцать, и я на первом свидании.

— Алиса, — говорит вдруг серьезно мой гость. — Вы простите, что я втянул вас в эту историю. Я не думал, что вот так все выйдет. Я вообще не думал, что когда-нибудь снова...

Он замолкает. Подбирает слова. Видно, как ему трудно говорить о личном. Генерал, привыкший командовать, отдавать приказы, а тут... растерянный, как мальчишка.

— Что снова? — спрашиваю я тихо, хотя, кажется, уже догадываюсь.

— Что снова захочется быть с одной-единственной женщиной, — говорит Виктор просто. — После всего, что было в жизни, после всех этих лет... Я уже забыл, как вообще это бывает. Когда не спишь ночью и думаешь о женщине. Когда ждешь вечера, чтобы увидеть ее. Когда хочется просто сидеть и смотреть, как она чай наливает.

У меня чуть чайник из рук не падает. Я ставлю его на плиту от греха подальше, поворачиваюсь к своему генералу и чувствую, как сердце колотится где-то в горле.

— Виктор Петрович...

— Давай просто Виктор и на «ты», — перебивает он. — Меня даже твой пес принял. А это высшая степень доверия, между прочим.

Возражаю, но не железобетонно, а так, игриво:

— Так мы с вами вроде на брудершафт не пили.

Он не пасует:

— Так в чем проблема? Есть что-то горячительное, или заказать?

— Виктор, — поправляюсь я, и без брудершафта понимая, что если мы сейчас примем горячительного, то я за себя совсем не ручаюсь. — Вы... то есть ты... это серьезно?