Книга Жизнь после предательства, страница 27 – Дарья Дятлова

— Красиво, да? — не сдаюсь я, пытаясь снова вывести его на разговор. — А ты когда-нибудь в деревне жил?

— Я нет, и даже никогда там не был, а ты? — он наконец-то повернулся ко мне и с любопытством стал смотреть на меня. — Я сейчас представляю такую маленькую деревянную избушку, практически на курьих ножках, а вокруг густой лес… и кости везде раскиданы…

— Ну тогда тебя ждет сюрприз большой, готовься. — смеюсь, предвкушая его удивление, когда он увидит бабушкин домик в деревне. — Это разобьет твое представление о деревне.

— Да ну, заинтриговала прям… слушай, давай где-нибудь остановимся, перекусим, что-то кушать захотелось. — о, это хорошая новость, больной захотел есть.

— Хорошо, сейчас найду где-нибудь съезд в сторону леса, пикничок сделаем, хорошо? — я столько готовой еды с дому взяла, да еще Надежда Анатольевна целую корзину принесла из которой шел такой божественный аромат, что я еле сдержалась, чтобы что-нибудь не попробовать.

Через километр такое место мы нашли, и я осторожно съехала с трассы, далеко углубляться не стала, остановилась на опушке березовой рощи.

— Блин, какая красота, даже не верится, что это настоящее. Игнат, сейчас я все приготовлю, и ты выйдешь из машины, хорошо? У меня с собой есть раскладное кресло. — выскочила из машины и достала с багажника сумку с едой и термос с горячим чаем.

Раскладное кресло привез дядя Миша, мы еле засунули ее в мою машинку, сказал в дороге пригодится, вот пригодилось. Пока я все доставала, парень самостоятельно выбрался из машины и стоял, опиравшись на костыли. Глядя на него, я даже зависла, такой он был высокий, красивый да ладный, что дух захватывало… ему даже костыли шли. Я таких красивых парней больше не встречала… или просто не замечала, постоянно мечтая только о нем одном. Какая я испорченная, мечтать о парне своей сестры, это уже перебор.

— Вот кресло, садись, — раскладываю походное кресло и ставлю ближе к парню. — Присаживайся, сейчас вкусненькое подам.

— Я пока отойду на время.

— Куда отойдешь? — и тут я понимаю, что Игнат говорил про естественные нужды, и начинаю краснеть с ног до головы. — А… да, да, конечно… иди.

Игнат улыбнулся, но ничего не сказал, хотя было заметно, что из него прямо лезла какая-то колкость. Улыбается, это уже хорошо, пусть я буду в его глазах смешной и прикольной, лишь бы не замыкался больше в себе, лишь бы улыбался, лишь бы снова боролся и хотел жить!

Когда он вернулся, я уже расставила на капоте контейнера с едой, котлетки, пирожки с капустой, маленькие бутерброды с ветчиной и горячий чай. Помогла ему сесть на стул и подала тарелку с едой и кружку с чаем.

— Как хорошо здесь, не надо никуда торопиться, а красота… просто дух захватывает! Нам еще далеко ехать?

— Еще где-то полчаса, скоро будем на месте. Только в обморок не падай, там несколько месяцев никого не было, наверное, все в пыли. Но я быстро наведу порядок, ты не переживай, ладно? Хотя бы сегодня две комнаты в порядок приведем, чтобы было где спать, а завтра я уже весь дом отмою.

— Да ты не переживай, я не такой тепличный, каким тебе, наверное, кажусь. — он начал с таким аппетитом наворачивать все, что было на тарелке, что я стала даже бояться, чтобы не объелся. — Можно я дальше машину поведу?

— Что? А тебе разве можно за руль? — очень удивилась я его предложению, но, с другой стороны, я его понимаю, ему хочется вести уже нормальный образ жизни, к которому он привык. — Я думаю, что можно, только чур у меня условие.