Книга Вернуть жену. Жизнь после любви, страница 13 – Алекс Мара

Въезжаю на стоянку около детского сада, когда приходит оповещение о сообщении.

Здравствуйте, меня зовут Агния, я няня Тимофея Сабирова. Если вам удобно, то в пятницу я заберу детей из садика в час дня и отвезу в батутный парк. Вы сможете забрать Алю в три часа дня или раньше, как вам удобно.

Впервые за последние дни выдыхаю с облегчением.

В Ярославе осталось хоть что-то человеческое.

Какие бы несогласия и обиды нас ни разделяли, это не должно сказаться на наших детях.

Батутный парк встречает меня шумом, визгом и бесконечной суетой.

Дети носятся друг за другом, визжат от восторга, прыгают так, словно для них не существует законов физики. Воздух густой, наполненный запахом резины, сладкой ваты и кофе из маленького кафе у входа, где я и сижу. Родители стоят вдоль стен, некоторые переговариваются, другие устало смотрят в телефоны, кто-то снимает на камеру каждое движение своего чада.

У меня есть характеристика няни, а также другая информация, которую она прислала мне по просьбе Ярослава. Но это не значит, что я готова доверить незнакомке мою дочь. Поэтому я взяла отгул и присоединилась к ним.

Как и в других местах, где играют дети, здесь такой шум, что разговаривать практически невозможно. И я этому рада. Мне совершенно не хочется обсуждать с Агнией будни няни в семье Сабировых. Хотя и няня не особо стремится со мной общаться. Она практически не отходит от Тимы. Следит за каждым его движением и очень сильно нервничает. Бегает вокруг каждого батута, тянет руки вперёд, готовая в любой момент подхватить Тиму, словно он не мальчишка, а фарфоровая статуэтка. В её глазах читается страх, перемешанный с чувством огромной ответственности. Отвечать за драгоценного наследника Ярослава Сабирова — не самая лёгкая работа.

Мне её даже немного жалко.

При этих мыслях колет сердце. Прикладываю ладонь к груди, делаю глубокий вдох и заставляю себя сосредоточиться на детях, а не на глупых мыслях.

Очень любопытно наблюдать за Алей и Тимой. Они что-то активно обсуждают, придумывают игры, спорят. Похоже, что они действительно стали друзьями.

От этого в сердце снова появляется щемящая боль. Настолько острая, что приходится отвернуться.

Потираю грудь ладонью, постепенно расслабляюсь.

Внезапно ощущаю на себе чей-то взгляд. Пристальный и слишком настойчивый, чтобы его можно было не заметить.

Поднимаю глаза — и ловлю его.

Ярослав. Он стоит невдалеке от входа, прислонившись к стене. Его поза расслабленная, но глаза... глаза не отрываются от меня. Он не отворачивается, не скрывает, что смотрит.

А вот это уже интересно.

Он что, тоже не доверяет своей няне?

Только смотрит почему-то не на неё и не на детей, а на меня.

Надо же, великий бизнесмен Сабиров прогуливает работу.

Какими бы саркастичными ни были мои мысли, присутствие Ярослава выводит меня из равновесия.

Силой отрываю взгляд от него и снова смотрю на детей. Заставляю себя сосредоточиться на их прыжках, на их смехе, на том, как они договариваются, на каком батуте прыгать дальше и сколько раз. Притворяюсь, что присутствие бывшего мужа ничего для меня не значит и что я не чувствую его напряжённого взгляда, который буквально прожигает спину.

Так увлекаюсь этим притворством, что не замечаю приближения Ярослава. Только когда рядом появляется тень, и скрип стула нарушает общий гул, я снова поворачиваюсь.