Книга Вернуть жену. Жизнь после любви, страница 52 – Алекс Мара

Прикрыв глаза, думаю о прошлом. О том, какой слепой от счастья я была и как многого не замечала, не считала важным. Как безусловно доверяла Ярославу.

Он упорно избегал разговоров о его родне, никогда не звонил родителям при мне, и даже когда мы поженились, не предложил к ним поехать или хотя бы позвонить им вместе. И его родители не прислали нам даже поздравительную открытку на свадьбу, не говоря уж о подарках. Да, я должна была заподозрить неладное, однако Ярослав сказал, что у них сложные отношения в семье, и я ему поверила. Особенно потому, что и у меня тоже с родителями непростые отношения, и живут они в другом конце страны.

Мы с Ярославом жили в тёплом коконе счастья и не пускали в него никого другого.

А потом наш кокон распался.

Ярослав морщится.

— Рита, не смотри на меня так. В договорных браках всё по-другому. Никаких обещаний не было. Мы с отцом отложили все планы до моего возвращения из командировки, а я даже думать не хотел о том, что случится, когда вернусь. Если хочешь, можешь осуждать меня и считать, что я тебя обманул, потому что не упомянул о том, что планировал мой отец. Когда мы с тобой познакомились, я и думать не хотел о планах отца, а потом… я понял, что женюсь только на тебе. Есть и другая причина, по которой я не сказал тебе обо всём этом и о делах моей семьи. Мои родители были в шоке от того, что я женился на женщине другой веры. Они ожидали, что я послушаюсь их и женюсь на невесте, которую они для меня выбрали, а не заключу скоропалительный брак с женщиной другой веры. Так принято, и так поступают наследники других семей нашего круга, поэтому родители не сомневались в том, что и я тоже уважу традицию. Я и об этом тебе ничего не говорил, потому что когда я познакомился с тобой, мнение родителей перестало иметь для меня значение. Ещё задолго до того, как мы с тобой поженились, я позвонил отцу и сказал, что не женюсь на Лейле. Принёс мои извинения, но сказал категорично, что встретил другую женщину и женюсь на ней. Как ты понимаешь, мои родители были не в восторге и пытались меня отговорить. Давили, стыдили, даже угрожали. Оказалось, что вопреки нашей с отцом договорённости они уже начали планировать свадьбу с Лейлой. Я велел им прекратить приготовления и женился на тебе. Я любил тебя так сильно, что для меня все те препятствия не имели никакого значения. Поэтому я не хотел тебя расстраивать и не рассказывал тебе об этом. Я знал, что, выбирая тебя, я перечеркиваю другую мою жизнь и был готов сделать это без каких-либо сожалений. И я не хотел, чтобы ты в этом сомневалась.

Я слушаю Ярослава — и мои мысли будто расходятся в стороны, как тысяча нитей из клубка.

Мне неприятно. Горько. Обидно до тошноты.

Столько лет рядом, столько боли, столько попыток понять Ярослава — а теперь вдруг выясняется, что я не знала целые пласты его жизни, его выбора, его страхов.

Он лишил меня этого права. Будто я всё то время стояла за закрытой дверью, а он даже не подумал меня впустить.

Это обжигает. Сильно, глубоко, холодным огнём.

Мне больно.

Но в то же время я понимаю, почему Ярослав промолчал об этом. И от этого боль становится иной — не такой острой, не такой злой. И я даже… благодарна ему за молчание, потому что теперь могу оценивать прошлое с позиции жизненной мудрости, а не эгоистичной молодости.