Книга Ло. Лётная школа, страница 73 – Лолита Моро

— Хочешь? — спросили близнецы хором. О чем?

Я попробовала осторожно. У меня особые отношения с молочными десертами. Мороженое оказалось чудесным. Ледяным и сладким.

— Пролет над Заливом и пилотажный крендель — это не кот начхал, Ло. У тебя часов налетано — пшик! Всего ничего, — рассуждал Пит, виртуозно слизывая молочную каплю с носа, — давай, я сяду за ручку вместо тебя, никто даже не разглядит.

— Не-а, — отказалась я. Получила еще кусочек дружеского мороженого. Вкусно! — Я сам справлюсь. Сделаю полупетлю с полубочкой и всех умою.

— Жаль, что я не видел твой знаменитый ранверсман, — раздался из-за спины голос комэска, — строите коварные планы по обману жюри, парни? И тотализатора заодно? Голову мою подставить мечтаете?

Мы с двойняшками разом обернулись. Умеет командир подобраться незаметно.

Внезапно рев моторов рапторов пограничников накрыл собой все. Первый вылет пошел. Началось!

— Да ты бы не узнал, Кей, никогда! — с жаром стал отрицать Правый очевидное, вопил, перекрывая турбореактивный вой, — мы по-тихому все поделаем, а ты иди себе, куда шел…

Я отобрала у него остатки сладкого и засунула в рот. Зубы свело от холода. Помотала головой отрицательно. Заорала, брызгаясь молочной слюной:

— Не хочу я ни с кем меняться! Я сам хочу!

— Это правильно, — барон оказался совсем рядом. Снял белую каплю с моей щеки. Сунул палец в рот. Улыбнулся. — Вкусно! Пит, слетай за мороженым еще.

Запах белой сирени пробился сквозь ваниль десерта и какофонию людских и технических толп.

— Между прочим, — кричал рыжий, собирая с ладони комэска мелочь, — самый младший тут птенчик Ло. Надо бы его послать, а не старичка Питера.

— Мы его еще пошлем, не переживай, — усмехнулся Кей-Мерер, — я хочу цэу раздать.

Он протянул мне пачку влажных салфеток. Вечно таскает их с собой! Вот я, к примеру, женщина, хоть это и не видно, но салфеток у меня точно нет. Чистюля-солдафон. Знакомый запах тревожил, лез под кожу. Я не хочу!

— Не надо мне цэу! — я сердито терла лицо его вонючей антибактериальной тряпкой. Забивала отдушкой чертову сирень. — Я нормально готовился!

— Ветер усиливается, Петров. Пока до тебя дойдет очередь, погода вполне может перевалить за штормовое предупреждение, — спокойно говорил комэск мне в самое ухо. — Давай ты…

— Да знаю я все! Я успею все нормально сделать! — я орала, не желая слушать. Отодвигалась от барона, тот не отставал.

Левый глядел на нашу парочку с интересом. Я понимала, чего он ждет. Когда у командира закончится терпение. И как.

— Петров. Я дело говорю, — барон больно схватил меня за плечо, стараясь удержать подле себя. Надвинулся слишком близко.

Пошла на взлет вторая эскадрилья. В ярко-синем небе МиГи Ваниных соколов разошлись корявым веером. Страшный грохот черных машин оглушил публику по второму кругу.

— Не ори мне в ухо! — заверещала я. Уличная торговка.

— Заткнись и слушай. Иначе сниму с соревнования, — приказал комэск. Невозмутим абсолютно.

Губы коснулись моего уха. Тяжелая рука лежала на плече. Сиренью провонял весь мир. Я заткнулась.

Макс хотел, чтобы я не рисковала. Пролетела над Заливом на истинной высоте, сделала свечку напротив жюри, потом блинчик и спокойно вернулась домой. Честное очко в копилку родной эскадрильи. Я видела выступления одиночников до меня. С таким невинным пилотажем, что навязывал барон, ловить в личном первенстве нечего.