Книга С утра шёл снег, страница 160 – Лолита Моро

Егор сам выбрал что-то. Расплатился под счастливое бу-бу-бу феи-крестной.

— Какой дурацкий у тебя галстук, — заметила я, глядя в сторону от его довольной физиономии. За стеклом лифта проползали этажи магазинов и развлечений. — Как будто пояс от моего платья на шею повязал.

— Очень смешно. В этом смысл, дурочка. Тебе не нравится наряд? Ты потрясающе выглядишь! — доктор забрал мою правую руку и просунул к себе на согнутый локоть.

Два толстяка напротив пялились на нашу парочку с детским любопытством, вплоть до открытых ртов. Потом один подмигнул, а другой показал мне большой палец. Бумажные пакеты в их руках благоухали картошкой фри из Лучшей Забегаловки. Есть же веселые люди на свете. Натрескаются сейчас гамбургеров, зальют их сверху колой и станут счастливы.

— Давай зайдем, поедим, — я заставила себя улыбнуться.

— Нет, золотце мое. Мы же идем на дегустационную презентацию. Следует рецепторы хранить в невинности. Прости, — Егор коснулся моих пальцев тонким ртом и чуть заметным хозяйским хлопком по попе направил вон из лифта.

В машине я забилась в угол заднего сиденья. Егор машинально сел за руль. Включил двигатель. Оглянулся.

— Ты же хотела сама вести машину. Что случилось? — доктор смотрел светлыми глазами.

Я отвернулась к окну и не ответила. Зверски хотелось вернуться домой. Напиться чаю на теплой кухне милой Кристы с горячим яблочным пирогом. Потом грести опавшие листья частыми граблями, ссыпать их в черные мешки. Потом… и снять с себя эту чертову сбрую!

Егор заглушил мерседес. Вышел. Хлопнула крышка багажника.

— Вот. Переодевайся и марш за руль! И давай поскорее, а то приедем слишком поздно. Местные гурманы раскупят весь твой вонючий сыр, — он бросил в меня пакетом со старой одеждой. Не злился. Улыбался снисходительно и тепло.

— Поможешь? — я повернулась к нему длинным замком платья на спине. Откинула волосы вперед, обнажив беззащитно шею. Откровенная провокация. Настроение полезло вверх вместе с горячими искрами в пальцы ног.

— Э, нет, — рассмеялся Егор. — Ты меня не поймаешь. Терпи до вечера.

Чмокнул дверью и остался дожидаться на улице. Я видела через тонированное стекло, как доктор ухмыляется и незаметно трогает языком пересыхающие губы.

Белое тело машины ловко входило в петли дороги. Немецкие мозги этой роскошной блондинки лучше меня знали, что надо делать. Держать в руках ее могучее сердце было приятно до одури.

— Смотри-ка, Баграмян достроил дом, — заметил Егор, глядя куда-то вбок. — Успел до холодов, партнер.

— А, — сказала я небрежно. Дорога занимала меня всю, без остатка.

Н-да. Парнишка в белом свитере и синих джинсах забрал у меня ключи и увел машину на положенное место. В рядах здешней парковки брабус не казался чем-то особенным. Дорогим и инородным. Так, свой среди своих.

На зеленой ладони поляны раскинулись несколько шатров. Там светили белыми фартуками и поварскими колпаками предлагающие отведать и вкусить. Вкушающие и пробующие фланировали между ними, негромко переговаривались, иногда изволили смеяться. Костюмы, бороды, большие губы, каблуки и платья всякой длины. Моды и шляпы. Я глянула в лицо доктора и рассмеялась.

— Ты сама не пожелала быть в тренде. Держись за мою руку, чтобы не потеряться в этом лесу, моя маленькая девочка, — сказал он. — Завтра в Чикаго будут сплетничать, что у меня есть внебрачная дочь. Или, того веселее, скажут, что я сплю с малолеткой.