Книга Сердце для киборга, страница 84 – Мари Са

Сердце пропускает удар, когда на экране входящим вызовом высвечивается имя начальника охраны в доме Саидовых. Прижимает телефон к уху, пропускает мимо ушей никому не нужные приветствие и срывается на рык.

— Как пропала?!

Ему в трубку продолжают что-то невразумительно бормотать. Но он уже не слушает. Сбрасывает вызов. Открывает нужное приложение и пристально следит за мигающей, движущейся по карте точкой. И едва сдерживается, чтобы не расхерачить проклятый пластик о твердый асфальт, когда она исчезает с радаров.

— Сука!!!

Понимает, что поспешил с выводами об интеллектуальных способностях своей подопечной. Быстро делает еще один звонок.

— Петя, мне помощь нужна.

Понимает сам, насколько жалко звучит собственный голос. Но то, что сейчас творится у него внутри, словами не описать. Если он найдет… Когда он найдет эту козу, то все копыта ей повыдергает так, что она больше перемещаться без его ведома не сможет.

Внутри разрывается снаряд и острые края осколков впиваются прямо в сердце. Кровоточащее и дико болящее. Оказывается, оно у него все же есть. Нашлось, мать его. Очень вовремя.

— Ты там помираешь что ли, друг?

— Ага, блядь! Сдохну щас! Сука!

— Киборг, — голос медведя становится напряженным. — Говори, что случилось. Ты сам не свой. Я тебя с тех времен таким не помню.

Ностальгию по тем временам Дан решает отложить на потом.

— Петя, мне бойцы твои нужны. Самые лучшие. Штук десять или лучше пятнадцать.

— Эээ… — повисает легкая пауза. — Когда?

— Вчера Петя, вчера.

— Киборг, ты сдурел?!

— Вот давай без психоанализа сейчас. Говори, сможешь дать или нет.

— Не, ну, если вопрос стоит ребром…

— Им самым Петь! Охуеть, как стоит!

— Данила, ты меня удивляешь. Я словно на десять лет назад вернулся. Неужели наш киборг снова стал человеком. Ты даже шутишь также.

— Охуеть, как смешно!

Но на том конце трубки и правда ржут. То ли от радости, то ли и правда над ним. Но времени разбираться сейчас нет.

— Убью! — предупреждающе рычит Дан.

— Ха-ха… Погоди… Я щас гляну, кто у меня там свободен, — идет на мировую друг. — Пятнадцать, конечно, не обещаю, но штук шесть-восемь наскребу.

— Пойдет. Я своих еще обзвоню. Может, кто свободен.

Дан сбрасывает вызов, поднимает голову к небу и вдыхает чистый, прохладный воздух. Тот наполняет его легкие и тело приятным, давно забытым ознобом. Глаза начинают замечать детали, на которые раньше совершенно не обращали внимания: детей, играющих на площадке невдалеке, бабулек, торгующих на углу, птиц у подъезда.

Огромный, живой мир обрушивается на него внезапной лавиной. Врывается внутрь буйными красками. Заставляет трепетать сердце. Он и сам не замечал, что все эти годы жил словно под слоем пепла. Пепла товарищей, оставленных там, на поле боя. Но их больше нет. А он есть. И мир этот огромный продолжает жить. И в этом мире есть она. Та, что заставляет его сердце снова биться.

Сидя на заднем сидении автомобиля, Лейла довольно потирает ручки. Не расхохотаться бы сейчас, как полная дурочка. Но ощущение абсолютной свободы ей определенно нравится.

Ник смотрит на нее в зеркало заднего вида, как на поехавшую. Но ей все равно. Она, между прочим, его еще не простила. Хоть парень и выглядел вполне раскаявшимся.

В голове всплывает их недавний разговор и некоторые странности, на которые она обратила внимание. Например, клятвенные заверения парня в уверенности ее ответных чувств. Где он взял подобный бред, он тоже ответил довольно странно. Якобы Ирка сказала.