Книга Его выбор, страница 40 – Мари Са

— Не хочу! Буду страшной и некрасивой.

— Глупости не говори. Размазанная тушь не сделает тебя страшной. Лучше расскажи, что у вас с Игнатом случилось? Чем он тебя обидел?

— Он просто придурок!

— Это я и без тебя знаю.

Разговор заходит в тупик. Завариваю и себе чашечку обычного. Присаживаюсь рядом.

— Пусть попереживает, — ухмыляясь косится Соня на свой телефон.

— Он не знает, что ты ко мне поехала?

— Неа. И ты тоже не говори.

— Сонь, он, так-то, в курсе, где я живу.

Девушка давится чаем. Закашливается. Бросает на меня настороженно удивленный взгляд. Потом опять на живот косится. А я глаза закатываю.

— Просто подвозил, когда в обморок грохнулась на одном из деловых вечеров, куда он меня потащил… — зябко ежусь, но продолжаю, — там был мой… бывший со своей… невестой.

— Боже! Он бросил тебя ради другой! Ну и козел!

— Знаешь, там все не так однозначно…

— Ты что его оправдывать собралась? У тебя синдром жертвы! Просто выкинь этого муд… мужика из головы. Он тебя не достоин.

— Как Игнат тебя?

Губу поджимает.

— У нас все по-другому.

— Конечно, — киваю, — у других всегда все по-другому. Легко рассуждать глядя со стороны.

— Ну, прости, — тут же идет она на попятную, — ляпнула не подумав. Просто за тебя переживаю.

— И ты меня. Думаю, я не должна в ваши отношения лезть.

В этот момент в дверь раздается удар. Вот почему звонком не воспользоваться? Зачем колотить в дверь посреди ночи? Не иначе, чтобы побыстрее открыли, не желая всех соседей перебудить.

— Аня, открой! — голос Игната непривычно глух, — эта коза у тебя? Открывай! Или я сам дверь выломаю.

Переглядываюсь с Соней. Та, как струна приросла к стулу.

— Хочешь, я не буду открывать? — опускаю руку на ее слегка согревшуюся ладошку.

— Соседи тогда полицию вызовут.

— Плевать! Скажем, что на нас псих напал. Уверена, его даже в тюрьму не заберут. Откупится.

Девушка колеблется буквально секунды. А потом сама встает и идет открывать. Поворачивает щеколду. Дверь распахивается, и Игнат, как медведь, вваливается внутрь. Какой же он огромный. Особенно рядом с Соней. Маленькой лисичкой, замеревшей в моей крошечной прихожей.

— Ты совсем охренела уходить ночью в таком виде?! — орет он на бедную сжавшуюся в комок девушку. — А если бы что-нибудь случилось. Если бы тебя…

— Какая разница? — Соня тоже начинает кричать, — не делай вид, что тебе есть до этого дело! Пользуйся моим телом пока можно, а потом…

— Кхе-кхе, — даю я о себе знать, — мне очень неловко, но это моя квартира. Если хотите устраивать ссору двух влюбленных…

— Мы не!.. — хором поворачиваются ко мне они.

— Идите на улицу, — спокойно заканчиваю, — но лучше пойдемте пить чай. У меня мама варенье недавно очень вкусное сварила.

Подхватываю Соню за руку и тащу за собой. Хочется закрыть эту маленькую хрупкую девушку от грозного огромного медведя, сопящего сзади. Игнат топчется в коридоре. Но в конце концов скидывает ботинки и проходит следом.

В моей маленькой кухне места ему остро не хватает. А меня пронзает мысль о том, как вот так же еще совсем недавно здесь сидел другой мужчина. Мужчина, которого я люблю. Мужчина, который меня обидел. И я думала, что предал. А теперь правда не знаю, что думать и как дальше быть.

Мы укладываемся с Соней на диване. А Игнат наконец уезжает. Правда выпроводить его получается с трудом. Он даже рвется ночевать на полу. Но я против. Все-таки это даже не моя квартира. А он пускай и мой начальник, но левый мужик. В конце концов, что соседи потом моей маме расскажут, и как я буду оправдываться.