Книга Ты меня (не) любишь, страница 50 – Мари Са

К окну отворачиваюсь. Зачарованно таращусь в сумрачный город. Фонари горят через один. Что придает мрачного торжества. Еще рано для новогодних гирлянд и прочей праздничной мишуры. Даже елку на главную площадь не поставили. Да и снег не выпал. Хотя пора бы. На небо поглядываю. Но в темноте ничего не видать. Есть ли там тучи? А может уже кружат первые снежинки?

Увлекшись разглядыванием пустоты, не замечаю, как въезжаем на просторную стоянку. Машина тормозит, а я отстегиваюсь.

— Подожди, - он рукой останавливает, - давай еще раз порепетируем.

Краснею. Его «порепетируем» означает только одно. То, что мы уже не раз и не два делали. То, на что я не обдуманно согласилась. А теперь вот жалею. Или нет?

— Глаза в этот раз не закрывай.

— Не могу, - оправдываюсь, - это как-то само собой происходит.

Разве я виновата, что они сами закрываются, когда он меня целует.

— Совсем не можешь? - усмехается.

— Совсем! Еще одно твое слово и передумаю. Целуй уже быстрее и пошли!

И назло ему глаза первая закрываю. Хотя он даже еще не приближается.

— Быстрее не получится, - его шепот у самых губ, до дрожи пробирает, все волоски на теле поднимает, в боевую готовность ставит, - мы должны как следует порепетировать ведь сегодня важный день.

— Да знаю я!

Плечом дергаю. Итак, вся на нервах. Он еще масла в огонь подливает. Я вообще не понимаю, зачем мне туда ехать? Зачем знакомиться со всей этой раскрашенной толпой богатых снобов? Я там как бельмо на глазу буду. Выделяться с первого взгляда. Даже несмотря на внешний вид, до ума доведенный.

Я бы предпочла дома с Данилой остаться. Но уговор, есть уговор. Богдан помог мне. Выручил, когда я так нуждалась. И это не про оплату огромного долга. Коллекторы больше не появлялись, а Борису с каждым днем все лучше и лучше. Это про тот вечер, когда он приехал к нам в больницу. Когда взял на себя всю организацию с документами и врачами. Когда просто поддержал по-человечески. Поэтому и сейчас я не смогла отказать.

Я вообще для него безотказной стала. И это так сладко, но так опасно.

Сильные руки ложатся на плечи. К шее поднимаются. Так нежно скользят. Что замурчать хочется. К нему кошкой прильнуть. И просить: еще, еще… Его ласки, такой редкой. Его внимания, такого ценного. Его любви…

Одергиваю себя. Последний пункт под запретом. Я его даже в мыслях своих не касаюсь. Пытаюсь побороть мурашки, уже вовсю разгоняющиеся по спине. Его касания - дьявольская пытка. А он еще и шептать продолжает. Жаром губы обдает.

— Сегодня мы должны выглядеть как настоящая пара. Ни у кого не должно остаться ни капли сомнений. А знаешь, чем занимаются настоящие пары, оставшись ночью наедине?

Сглатываю, выслушивая, как он совсем тихо произносит мне на ухо. От его пошлости краска приливает к щекам. Я этого не вижу. Но отчетливо чувствую. Как и его смешок. Он играет со мной. Растягивает пытку. Словно сам смакует это удовольствие. Время перед основным актом. А потом резко накрывает мои губы.

Вздрагиваю всем телом. Дергаюсь. Но он фиксирует. Держит крепко. Погружая своим жарким поцелуем в сладкую негу. Разжижая мой мозг. Прогоняя остатки разума.

Не выдерживаю и провожу своим языком по его губам. И сразу же хриплый мужской стон прямо в мои губы. Прямо в мое сердце. Словно ножом острым прокалывает. И мне впервые хочется, чтобы он не отпускал. Чтобы продолжал. Чтобы не оставлял одну.