Книга Ошибка..., страница 50 – Арина Грей

— Взаимно. Ещё как взаимно. Он мне это не только словами, но и поступками доказывает. — я всё же подняла голову и неуверенно посмотрела в родные глаза, боясь увидеть в них осуждение.

— Это хорошо, что если всё так, как ты говоришь. Но ты всё равно, в омут с головой не прыгай и в обиду себя не давай, договорились? — спросила меня с заботой моя Аннушка.

— Конечно. Даже не сомневайся. — улыбнулась я, и на душе стало немного легче от своих признаний.

— Ещё вот что, Кира. Ты обязательно должна учиться. Тебе надо поехать и поступить…

— Нет. — перебила я бабулю. — Пока тебя не выпишут, я никуда не уеду и ничего делать не буду. Даже не начинай.

— Послушай, Кира. Меня рано или поздно выпишут, а ты время своё упускаешь. Так нельзя. Поезжай в город.

— Нет. Без тебя не уеду. — сказала я, а в глазах стала собираться солёная влага.

— Девочка моя, милая. Я обещаю, что когда вернусь из больницы, то что-нибудь придумаю со своим переездом. Только ты учись, Кира. Не подводи меня. — она с последней силой сжала мою руку.

— Я не так всё планировала. — из моих глаз всё же упали предательские капли.

— Всё будет хорошо, милая. И ещё. — она очень серьёзно посмотрела на меня. — Я деньги откладывала, там в буфетнице нашей, в голубом сервизе лежат. Возьми их. Они тебе пригодятся.

— В сервизе? Для чего они мне пригодятся? К чему ты мне это говоришь? — какое-то неприятное предчувствие закралось в душу.

— Как для чего? Ты поступать же поедешь. Там в городе много трат будет. И одежду новую, и жильё. А если снова мест на бюджет не будет? Так что деньги заберёшь. Всё поняла?

Я ещё посидела какое-то время с бабушкой, попрощалась и под её убедительные просьбы ехать домой, всё же покинула палату, оставляя у себя на душе какой-то печальный осадок.

Я медленно шла по коридору, а затем остановилась напротив кабинета врача. Я постучалась не сразу. Стояла и неуверенно переминалась с ноги на ногу. Если честно, мне было страшно. Я помню, что в прошлый раз говорил врач, помню свои слёзы от разговора с ним. Но я должна зайти к нему, я должна узнать, как обстоят дела со здоровьем самого близкого мне человека. Я собралась с духом и постучала.

— Да, входите. — прозвучало по ту сторону кабинета, и я зашла.

— Добрый день. Я по поводу… — я не успела договорить.

— А, добрый день, Кира. Вы по поводу бабушки. Присаживайтесь. — он указал мне на тот же самый стул, что и в прошлый раз.

— Я хотела бы узнать о её состоянии. Она сама не признается мне, что её что-то беспокоит. И…Вы же не просто так продлили ей лечение? — задала я свой вопрос и с надеждой посмотрела на врача.

— Кира, я в прошлый раз Вам говорил, что ситуация весьма непростая… — сделал он паузу. — Но я пытаюсь сделать всё возможное. Из области привезли новые препараты, которые могут повернуть лечение в положительную динамику. И я очень надеюсь, что кризис всё же минует. Мы будем пробовать всё, чтобы восстановить её организм, уверяю Вас. — договорил он и накрыл мою ладонь своей.

Это был не романтический жест, нет. Это было…сочувствие. Чувство, от которого внутри всё взвыло диким зверем. Если сочувствуют, то значит есть повод нас жалеть. А я не хочу этого повода. Хочу, чтобы моя Аннушка поправилась и вернулась ко мне.

— Спасибо. Я…я надеюсь, что вы её вылечите и верю в лучшее. — вздохнула я и поднялась со стула. — Я пойду, до свидания.