Книга Я растопчу ваш светский рай, страница 149 – Натали Карамель

— Не спится?

— Нет.

— Я тоже не могу. — Он подошёл, сел на подоконник рядом. — Ты веришь, что получится?

— Должно получиться.

— Это не ответ.

Илания повернулась к нему. В темноте его лицо казалось вырезанным из камня — резкие скулы, твёрдый подбородок, глаза, в которых отражался лунный свет.

— Я знаю, что это правильно, — сказала она. — Камень выбрал меня не просто так. Я должна передать знание. И если не здесь, то где? Если не сейчас, то когда?

Альдор молчал, глядя на неё.

— Я перестаю тебя понимать, но начинаю верить сильнее.

Она усмехнулась.

— Странный комплимент.

— Я не умею делать комплименты. Я умею говорить правду.

Илания отвела взгляд. В груди шевельнулось что-то тёплое, но она привычно заглушила это. Сейчас не время. Сначала — школа. Потом — всё остальное.

— Иди спать, — сказала она. — Завтра тяжёлый день.

Альдор кивнул, поднялся. У двери обернулся.

— Илания. Что бы ни случилось завтра — мы с тобой.

Она кивнула.

Он ушёл, а она ещё долго сидела у окна. Где-то внизу плескалось море, пахло солью и водорослями. Луна висела над крышами, огромная, почти белая.

Завтра они пойдут в совет.

Завтра начнётся новая битва.

Только здесь оружием будут не мечи, а слова.

Утром Илания надела лучшее из того, что у неё было — тёмно-синее платье, которое Латия заботливо вычистила и выгладила, как только они приехали в город. Не роскошное, но достойное. Для женщины, которая пришла вести дела, а не просить милостыню.

Альдор ждал внизу. Обычная рубашка, тёплая куртка, меч у пояса — он не собирался притворяться кем-то другим. Стражник, наёмник, телохранитель. Человек, который умеет защищать.

— Готова? — спросил он.

— Нет, — честно ответила Илания. — Но пойдём.

Они уже знали, что вчерашний разговор с хозяином таверны и торговками на рынке не прошёл даром. Латия с Гелей выяснили: слухи о чужаках, интересующихся старым фортом, долетели до совета ещё накануне вечером. Местный знахарь Орвин, про которого говорили, что он «чует то, что другие не видят», особо интересовался — расспрашивал, кто, откуда, зачем.

— Они нас ждут, — сказала Геля, провожая их до дверей. — Или, по крайней мере, готовы к разговору.

Илания запомнила это. Не милость — подготовка. Совет заинтригован, и это хорошо.

Городской совет заседал в старом здании на главной площади. Двухэтажный особняк из светлого камня, с колоннами у входа и гербом Робрала над дверью — волна и чайка.

Внутри пахло деревом и бумагой. Молодой писец проводил их в зал, где за длинным столом сидели семеро.

Илания быстро скользнула взглядом по лицам. Трое купцов — узнаются по дорогой, но не вычурной одежде и цепким глазам. Двое старост — попроще, с мозолистыми руками. Пожилой мужчина в тёмном балахоне, который вчера называли Орвином — тот самый знахарь. И в центре — грузный седой старик с тяжёлым взглядом.

— Вы те самые чужаки, что интересовались старым фортом? — спросил седой без предисловий.

— Мы, — Илания слегка наклонила голову. — Илания Люфит. Мой спутник — Альдор, бывший командир стражи.

— Люфит? Дочь Рина Люфита? — Один из купцов приподнял бровь. — Это многое объясняет. И что же вам понадобилось в нашем захолустье?

— Не захолустье, — спокойно ответила Илания. — Тихий город с умными людьми. Я наслышана о Робрале.