Книга Отель «Жар-птица», страница 64 – Ольга Богатикова

— Получается, Семен Николаевич связался с Ковалевым, – сказала я. – Но зачем? Для чего Корюшкину уничтожать «Жар-птицу»?

— Это мы спросим у него. Я лишь могу предположить, что Коля пообещал Сёме за его услугу большие деньги.

— Разве у Сёмы маленькая зарплата? Мы никогда не обижали своих работников. Ни в одной гостинице города, ни в одном пансионате нет такой системы премирования и поощрений, как у нас!

— Ковалев значительно богаче, чем мы, – заметил Валентин Митрофанович. – Он мог предложить нашему портальщику не только большую сумму, но и должность в своей новой гостинице. А это, согласись, не мало.

— Семен Николаевич – одинокий старик. Разве в его возрасте стабильность не является важнее всего? В «Жар-птице» ему сытно и тепло, а что будет в «Единороге» никому еще не известно.

— Знаешь, Уля, то, что Николаевич живет один, вовсе не делает его одиноким. У него по-прежнему есть двое сыновей, которые остались от прошлого брака. Они находятся далеко и, конечно, давно не дети, однако он по-прежнему им помогает. У его старшего сына в прошлом году родилась вторая дочь, а у младшего подрастают мальчики-двойняшки. Представляешь, сколько им надо денег? Конечно, дедушке хочется заработать побольше, чтобы их порадовать.

— А как же честь, достоинство, совесть, в конце концов?

Валентин Солнцев развел руками.

— Валентин Митрофанович, вы говорили, что этот Корюшкин был артефактором на крутой чародейской фабрике, – сказал Максим. – Что же такое случилось в его жизни, раз он бросил свой пост и переехал в скромный городок на скромную незаметную должность?

— У него случился развод, – напомнила я. – Он перебрался сюда после него.

— Если бы не бывшая супруга, никуда бы он не перебрался, – сказал дедушка. – Она работала на том же заводе – сначала бухгалтером, а потом коммерческим директором. После развода эта женщина приложила все силы, чтобы Семена уволили из артефактория. В конечном итоге она так испортила ему репутацию, что он был вынужден переехать. На портальщика, кстати, Корюшкин выучился уже здесь. Лет семь работал в разных пансионатах, а потом устроился в «Жар-птицу».

Я задумчиво потерла переносицу.

— Деда, у меня возник еще один вопрос. Откуда Гришкин отец узнал, что Семен Николаевич – артефактор? Я не помню, чтобы он когда-нибудь об этом рассказывал. Ты знаком с ним давно, поэтому о его биографии тебе известно больше, чем нам. А кто сообщил об этом Ковалеву?

— Понятия не имею, – Валентин Митрофанович пожал плечами.

— Наверное, к этому приложила руку Ковалевская сестрица, – предположил Макс. – Григорий говорил, что она в афере с гостиницами главная запевала.

Дедушка хмыкнул. А в моей голове что-то щелкнуло.

Я достала телефон и, полистав список контактов, нажала кнопку вызова.

— Кому ты звонишь? – спросил Ивушкин.

Я приложила палец к губам.

— Привет, Гриша, – сказала, когда вызываемый абонент принял звонок. – Извини, что беспокою с утра пораньше. У меня к тебе срочное дело. Скажи, как зовут твою тетю? Двоюродную сестру отца, о которой ты рассказывал позавчера.

Ответ младшего Ковалева заставил мое сердце похолодеть. Коротко его поблагодарив, я сбросила вызов и уронила руку с телефоном на стол. Дедушка и Максим вперились в меня вопросительными взглядами.

— Ну?