Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 74 – Ирина Субач

Проснулась от урчания в животе. Перевернулась на другой бок, попыталась поглубже зарыться в подушки и перину, накрылась сверху покрывалом, но живот опять предательски намекнул, что мы уже давно нормально не ели.

Открыла глаза.

Резко села, откидывая прочь покрывало, огляделась.

Я лежала на кровати, в мягкой перине, которую для меня кто-то заботливо взбил. Последнее, что помнила, это как сидела в бане и ждала, пока Яга «отпарит» внука. Должно быть, я уснула, и кто-то меня перенес сюда.

Хоть комната и не была мне знакома, но, судя по деревянным стенам, неуловимому запаху трав в воздухе и шуму гремящей утвари из глубины дома, я всё ещё была в тереме Яги.

Вот же ж! И как только я умудрилась уснуть?

Ругая себя на чём свет стоит, я встала с кровати, нашарила в полумараке ногами черевички, которые стояли тут же.

Судя по тьме за окном, на улице была глубокая ночь. Но шум утвари явно намекал, что не все обитатели спят.

Я застелила кровать и поспешила из комнаты.

В уже знакомых коридорах ориентироваться было просто, я легко нашла кухню, откуда и шли звуки, и не только звуки… По терему плыли невероятно привлекательные запахи свежего хлеба и чего-то ещё. Такого соблазнительно пряного, что живот опять заурчал.

На кухне возилась Яга. Ловко лавировала среди десятков горшков, кастрюль, ложек и поварёшек.

Те жили собственной жизнью – в одной кадушке невидимыми руками месилось тесто, в другой замачивались травы. Над разделочными досками плясали ножи, шинкуя свежую зелень. А из печи ухват сам вытаскивал чёрный глиняный горшок с дымящейся кашей.

Яга сидела чуть в стороне, с ленцой следя за этим – одной рукой она держала пиалу с чаем и смачно прихлёбывала, а другой вальяжно взмахивала, ловко указывая, что и какой утвари делать дальше.

Я замерла как вкопанная, наблюдая за чудом.

— Садись, чего встала? – не оборачиваясь ко мне, произнесла женщина. – Чай будешь?

Я осторожно сделала шаг навстречу. Казалось, своим появлением я могу нарушить магию, но Яга даже бровью не повела, а утварь и дальше продолжала жить своей жизнью. И я этому процессу ни капельки не мешала.

— Как вы это делаете? – невольно вырвался вопрос.

— Да разве ж это сложно? – удивилась Яга. – Опыт приходит с возрастом, а когда опыта много всё можно и с закрытыми глазами делать.

— Вы как дирижёр, – восхитилась я. – Управляете целым оркестром.

Горшок с кашей на мгновение завис над столом, а тесто перестало меситься. Яга странно посмотрела на них, и те вновь принялись за дело.

— Интересные словечки, – будто невзначай спросила она, поднимаясь из-за стола, чтобы налить мне чай из большого чайника в подлетевшую пиалу. – А что значат?

Я пожала плечами, приняла напиток из рук Яги, поднесла к губам. Ощутила тот самый манящий пряный запах, который так манил ещё в коридоре. Чабрец и тмин.

— Оркестр – это когда собирается в одном месте много музыкантов, – начала я. – Как гусляры у батюшки, только много разных инструментов. Не только гусли, но и всякие дудочки, скрипки, виолончели. А дирижёр – это тот, кто всеми ими управляет. Чтобы они играли складно.

Яга прищурилась.

— Это ты сама придумала? Аль в книге какой прочла заморской?

Я покачала головой, на мгновение задумавшись, стоит ли рассказывать Яге о своей маленькой чудинке. С одной стороны, это вовсе не было тайной. При дворе все знали, что я иногда выдаю что-то эдакое, с другой – меня вдруг обеспокоила заинтересованность Яги.