Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 95 – Ирина Субач

— Это не значит ничего, – прорычала я. – Он же принес вепря на прием. А портрет… может, он также забрал его у кого-то, как и я. Просто разглядывал.

— Вы еще верите, что в этом походе что-то случалось просто? – усмехнулся Елисей. – Или это план вашего папочки, подсунуть вам жениха в походе! Не зря же он на что-то надеялся, когда отправлял вас сюда. Ваша бунтовская натура не могла пройти мимо такого особенного парня как Вихрь! Особенно на фоне таких, как мы с Иваном.

— Не верю! – продолжала возмущаться я. – Бред же!

Но Елисей продолжал:

— Он избавился от Гельмута, избавился бы и от нас с Иваном, если бы вы не настояли на нашем спасении в пещере Соловья.

— Он сам чуть там не умер! – не успокаивалась я.

— Чуть-чуть не считается, и как удачно оказалась его бабка неподалеку.

— А Василиса? А Горыныч? – неожиданно пришла мне на помощь Водяничка. – Они как в этот план вяжутся? Да и стал бы Гвидон так рисковать своей дочерью, отправляя в поход, если бы не было смысла? Поляна Грибов была опасна, Соловей тоже…

— А разве Змеине что-то угрожало? Хоть раз? – усмехнулся Елисей. – Не сунься она сама в пещеру за нами, а пойди дальше с этим «егерем». Она бы уже давно была на месте, никто бы ничего даже не понял. Если бы я вам сейчас не рассказал.

Я стиснула зубы.

Если Елисей был прав, если все так, то самое время было напрямую спросить об этом у Вихря.

В конце концов, в теплице он не поверил словам княжича. Так почему я должна верить? Нет лучше способа все выяснить, чем диалог. Мы же взрослые люди!

— Подержи, – я передала Грибу с колобком и без того груженому Ивану.

— Эй! Постой! – сразу все смекнула поганка, что уши ей “погреть” не дадут. – Постой, а можно я с тобой!

— Нет! – рявкнула я, делая шаг вперед, решая догнать Вихря и Финиста.

Очередной порыв ветра бросился мне в спину, отчего я пошатнулась, но устояла.

А вот Елисей, со связанными руками, все же споткнулся, потеряв равновесие, и рухнул в снег.

Неловко барахтаясь, он пытался подняться, но без помощи явно не получалось.

Иван же с лошадьми и Грибой был явно не помощник.

— Да стой же ты, не дрыгайся, – буркнула я, подходя к неуклюжему царевичу ближе и пытаясь поднять того за ворот, но получилось только усадить.

Елисей будто окаменел от чего-то и не шевелился.

Я заглянула ему в лицо, но то было бледным и испуганным.

— Что с тобой? – только и успела произнести я, прежде чем увидела, что в связанных руках Елисея что-то держит.

— Это было в снегу… – только и услышала я его мертвенно бледный голос. – Я не виноват.

Догадка острой иглой уколола меня, но прежде чем в этом убедиться, я коснулась рук Елисея.

Тот разомкнул связанные ладони…

В них лежал красный елочный шарик, такой ядовито-яркий, словно в него кто-то пытался влил весь расплавленный огонь самого жаркого вулкана. Я отшатнулась, но не успела.

Елисей уже схватил мою ладонь за запястье.

Я дернула рукой, но его хватка была сильнее. Он впихивал мне в руки шар, пытаясь заставить его забрать. А я сопротивлялась.

Мир шел кругом, ветер гудел, в воздухе повис звон тысяч стеклянных колокольчиков. Гриба звала на помощь, но ее голос тонул в ватном воздухе, и только стоило моей коже коснуться злосчастного стекла, как тот брызнул миллионом осколков.

«Змеина…» – зловещий шепот коснулся моего сознания, вместе с тенью, вырвавшейся из шара и нырнувшей в мое тело.