Книга Золушка. Революция, страница 62 – Ямиля Нарт

— Итак, ключевой момент – стерильность, – говорила я, тщательно протирая руки и инструменты спиртовым раствором. – Малейшее постороннее загрязнение на любом этапе – и все труды насмарку. Плесень, которая даёт нам пенициллин, – существо капризное. Она должна бороться только с той инфекцией, для которой предназначена, а не с армией микробов, занесённых нашими грязными руками

Королевский аптекарь, суховатый мужчина лет пятидесяти с умными, цепкими глазами, кивал, не сводя с моих движений взгляда. Его подмастерья, юноши, старались не дышать, чтобы не пропустить ни слова.

Я показала им процесс от начала до конца: как подготовить питательную среду на основе кукурузного экстракта, как аккуратно, с помощью прокалённой платиновой петли, перенести споры выбранной культуры плесени, как поддерживать строгий температурный режим и влажность. Я демонстрировала фильтрацию, осаждение, очистку. Мои руки двигались уверенно, автоматически – тело помнило каждое движение, отточенное за месяцы работы в лаборатории Лунной Дачи.

Документация – толстые папки с подробнейшими описаниями каждого этапа, схемами аппаратуры, формулами, результатами испытаний – лежала тут же, на отдельном столике. Я передала её лично в руки главному лекарю, видя, как его пальцы почти благоговейно коснулись переплёта.

— Здесь всё, – сказала я. – От сбора образцов плесени с перезрелых фруктов до точных дозировок для внутримышечного введения при различных степенях сепсиса. Протоколы испытаний на животных и на тридцати добровольцах. Все побочные эффекты, все наблюдения. Вы сможете воспроизвести процесс от начала до конца.

— Невероятно систематизировано, – пробормотал лекарь, листая страницы. – Такой подход… он революционен. У нас знания передаются из уст в уста, записываются отрывочно… А здесь… будто читаешь связный учебник.

— Именно учебник и должен быть, – мягко сказала я. – Знания, которые спасают жизни, не должны зависеть от памяти одного мастера или быть окутаны покровом тайны.

Закончив демонстрацию и ответив на десятки уточняющих вопросов (лекарь оказался дотошным и умным), я с чувством исполненного долга покинула прохладные своды королевской лаборатории и вернулась в свою самоходку, где меня ждал Виктор.

— Всё передали, мисс Элис? – спросил он, плавно трогая с места.

— Всё, что было оговорено, – кивнула я, снимая строгий лабораторный халат и чувствуя, как с плеч спадает часть напряжения. – Теперь дело за ними.

Знание, способное спасти тысячи жизней, теперь было не только в моих руках.

Самоходка доставила меня обратно на Лунную Дачу уже в сумерках. Усталость валила с ног, но покой был не для меня. После короткого ужина с миссис Дженкинс, которая с материнской заботой втолкнула в меня тарелку горячего рагу, я направилась прямиком в лабораторию, где уже ждали Инна и Кевин. Теперь, когда вопрос с пенициллином для армии был передан в надёжные руки, я могла сосредоточиться на другой, не менее важной линии – на рецептурах для гражданских, для тех, кто страдал от бактериальных инфекций кожи.

— На основе того же пенициллина, но с другими стабилизаторами, – объясняла я, уже стоя за нашим родным столом, заваленным склянками и сушёными травами. – Нам нужны не инъекции, а мази, кремы, присыпки. Средства от фурункулёза, стрептодермии, инфицированных ран. То, что может применяться дома, без участия лекаря.