Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 127 – Елена Ловина

Мы все удивленно перевели взгляд сначала на волосатика, которого оплетала магическая сеть, а затем на второго похожего, только крупнее и в тапочках с заячьими ушами (или это у него так выглядели лапы?) и уже после удивленно посмотрели на лаутуса. Это что же получается, брабуг, чьим именем ругались по обе стороны океана от севера до юга, выглядел именно так, совершенно не страшно?

Подумали мы, наверное, одинаково — все, кто проходил практику у лаутуса — только следующее действие со стороны фиолетового шара заставило вздрогнуть и активировать заклинания подчинения, что вместе с техникой безопасности почти на бессознательном уровне всплыли в наших головах. Оказывается, повторяли мы не зря.

Сначала мелкий шар взвыл на такой высокой ноте, что заболели уши, и принялся разрывать зубами сеть лаутуса, которую мы вместе с остальными адептами принялись подпитывать и удерживать, чтобы не выпустить животное, а затем и крупный брабуг принялся проявлять агрессию. Оба пытались разорвать сеть зубами, становясь с каждым мгновением все больше и агрессивнее, потому уже ни у кого из нас не возникло сомнения: они опасны.

Опасны для всех. Для жителей гарнизона, спокойно занимающихся своими делами. Для детей, что принялись рыдать в голос и требовать отпустить Фиолетика. Для нашего мира, потому что из пасти обоих брабугов закапала слюна, а вокруг начало мерцать пространство, и словно сквозь прорехи в ткани, мы увидели другой мир и других магических животных, более страшных, более агрессивных, более кровожадных.

— Принцесса, уведите детей за стену, — холодно велел стратог Крейн, сжимая на груди какой-то артефакт. Вокруг словно воздух завибрировал, отправляя призыв явиться к стратогу всем, кто служит в гарнизоне.

Принцесса поджала губы, борясь с желанием высказаться, но промолчала и принялась собирать детей в одну кучу. Получалось отвратительно. Дети, услышав, что их хотят выпроводить подальше от эпицентра событий, заголосили еще громче и, вместо того, чтобы бежать в безопасное место за стену, всей кучей направились к брабугам, тонкими и некрепкими ручонками пытаясь освободить меньшего из фиолетовый чудовищ.

Магические нити не поддавались, отвечали колючими искрами и ударами мелких молний, а дети упрямо продолжали спасать фиолетового зубастого монстра, попутно глотая слезы боли.

— Всем стоять на месте! — рыкнул лаутус нам, адептам-практикантам, потому что мы дернулись разом, засомневавшись в том, что нужно продолжать поддерживать сеть, которая ранила детские руки. По всем законам, что вдалбливались в наши головы в боевой академии (парням с первого курса, а мне с момента неудачного перемещения к месту обучения), детей надлежало защищать в первую очередь, детей и женщин.

— Принцесса, отзовите своего фамильяра, — голос лаутуса был холоднее льда, что морозила своим зонтиком лэс Маршелин. — Стратог Крейн, прикажите вашим подчиненным увести детей — протокол не для их глаз.

Признаться, этого слова я боялась с самого начала практики, но теперь даже не вздрогнула. Меня занимала мысль, странным образом поселившаяся в голове после приказа лаутуса стоять на месте. Я НЕ МОГЛА ПОШЕВЕЛИТЬ НОГАМИ! Руки двигались свободно, наклониться или присесть я тоже могла, а вот сделать хоть шаг — просто невозможно. Валенсия, что стояла все время рядом со мной, тоже недоуменно хмурила брови и делала какие-то усилия, отчего щеки покраснели, между бровей пролегла глубокая складка, а в глазах зарождалась паника.