Онлайн книга «В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!»
|
О, боги, это что такое⁈ Почему так жарко⁈ Мужские губы были шероховатыми, жесткими и такими обжигающими, что невольно захотелось выскочить из шубы, чтобы хоть немного остудить пылающие щеки. Словно впервые, честное слово! А потом по ладони прошелся кончик языка, а следом кожу слегка прикусили, и я дернулась, прижавшись спиною к стене — ноги перестали слушаться, подрагивая и подкашиваясь. А вот свободная рука словно обрела собственную волю и, поднявшись, утонула пальцами в темных взлохмаченных, совершенно неидеальных прядях. Невероятное блаженство! До мурашек! От странно-томительных ощущений, что разворачивались внутри, я слишком сильно потянула одну из прядей, и Итан отвлекся и поднял голову. Взгляд у него в тот момент был напряженный, темный, ноздри раздувались как у хищника, а едва заметная полуулыбка пугала до дрожи. Нет, будоражила! Воспламеняла! — Полминуты! Глава 35 За гранью Эдера Мы даже не вздрогнули. И не потянулись друг к другу — смотрели в глаза и не могли оторваться, а мужские пальцы продолжали танцевать по моей ладони, разжигая искры все сильнее и сильнее. И я свою руку не могла опустить: продолжала держаться за непослушные пряди, а в ушах отбивало заполошный ритм непослушное сердце, которое словно неслось к пику своих возможностей, после которого только резкая остановка и падение в бездну. — Десять, девять… Кольцо на пальце нестерпимо жгло и вибрировало, обозначая, что клятвы находятся под нешуточной угрозой, и нам двоим непременно нужно остановиться, но вместо этого мы продолжали стоять, натянутые, словно струны, и готовые с резким звоном порваться от одного неловкого прикосновения. — Восемь, семь, шесть… — Вы хоть что-нибудь там делаете? — слышалось сдавленное возмущение из-за кожистых крыльев. — У меня сейчас руку оторвет! Целуйтесь уже! Итан дернул уголком губ, словно предостерегая от неверных движений, и потерся щекой о руку, что перебирала волосы на его голове. Затем осторожно провел пальцами до моей кисти и потянул вниз к губам. От одного едва уловимого прикосновения у меня по спине прокатилась огненная волна, которая могла сейчас соперничать с жаром от кольца, а черное золото, кажется, достигло температуры плавления и стекало вязкой массой на пол. — Пять, четыре, тр… На счет «три» наши губы встретились. Смялись, стремясь соединиться плотнее, жестче, крепче. Словно две звезды, падая, столкнулись в небе и вплавились одна в другую, став единым целым, неразрывным, неделимым. И жар наш был один на двоих, и воздух в легких был один, и сердца били в такт, только наш, только для нас. — Один! Кольцо упало на плиту под нашими ногами с таким грохотом, словно часть скалы откололась и покатилась вниз. По ту сторону кожистых крыльев мантикоры раздалась надсадная болезненная ругань, словно Мариуса действительно покалечило. — Что там у вас? Получилось? Кто спрашивал, было не понятно. Долли, или Лоч, или оба сразу — не важно. Мы продолжали целоваться, но уже не выжигая друг друга изнутри, а трепетно, нежно, упоительно, превращаясь из раскаленной лавы в освежающий бриз. — Мурррр, — удовлетворенно заурчала Руффи, и по моей щеке прошелся шероховатый широкий язык, а потом в то же место ткнулся холодный нос. Мы с неохотой отстранились друг от друга, а потом тихо засмеялись, словно все еще делили одни эмоции на двоих. |