Книга Мой куратор – наследник престола. Игра, страница 6 – Мария Эмет

И почему у меня такое чувство, что сейчас «дорогая ученица» отхватит по полной?

Ох и правильно поговорила тетка Маттис: «Бойся своих желаний, Ева! Они имеют свойство исполняться». Угу. Пожалуйста. Образцовый куратор, воспылавший желанием заполнить абсолютно все пробелы в моем боевом образовании.

Получите.

Распишитесь.

И не хнычьте.

По спине невольно пробежал холодок — в зале было темно и мрачно. Идеальное место для того, чтобы разобраться со своим неприятелем.

Кайрат два раза хлопнул в ладони, и две большие люстры нехотя зажглись, рассекая мрак тусклым светом.

Н-да, разбираться с недругами Его Высочество любит при хорошем освящении.

— Разминайся, — бросил принц, а сам пошел к стене, на которой висело оружие.

Пожав плечами, я принялась делать зарядку. Голову к одному плечу раз, к другому два, присели, встали, присели, вздохнули — потому что уже устали, и так несколько раз.

Взгляд Майерхольда, наблюдающего за моими потугами, описать было довольно сложно. Так обычно смотрят на ребенка, который с радостными воплями прыгает в луже и зовет присоединиться. Зрелище, вроде как, забавное, однако стирать одежду и отмывать малыша не совсем-то и хочется.

— Что ты делаешь? — наконец произнес он.

— Танцую танец дождя, — буркнула я, кое-как нагибаясь то к одной ноге, то к другой.

— И правда — дождя. Меня так и подмывает всплакнуть, — ехидно протянул принц.— Знаешь, для чего нужна разминка?

— Чтобы подержать меня на тренировке подольше?

— Чтобы на тренировке ты не травмировала мышцы, — серьезно заявил наставник. — То, что ты сейчас делаешь, не имеет смысла. Со стороны это больше похоже на приступ.

— Не нравится — не смотри.

— С радостью, но увы не имею права на такое удовольствие, — хмыкнул Кай.

Я перестала пыжиться, выпрямилась и сказала с вызовом:

— Судить легко, учить непросто. Может быть, покажешь мастер-класс, мой дорогой куратор?

Меня наградили широкой, предвкушающей улыбкой.

— С превеликой радостью покажу, Юрай.

Запомните — никогда, ни при каких обстоятельствах не дергайте наследных принцев за самолюбие. Оно у них, как правило, большое…

— И мстительное, — шипела себе под нос я, проползая гуськом по периметру зала.

— Что-что? — раздалось приторно-довольное сразу же.

— Восхищаюсь твоим профессионализмом, маэстро, — отозвалась, пытаясь сдуть прилипшую ко лбу челку.

— Как-то вяленько.

— Небеса ещё не изобрели такую эмоцию, которая передаст весь мой… фух… восторг!

— До чего же приятно знать, что тебя любят, — сладенько изрек этот… этот куратор.

Ладно, кого я обманываю? Это не куратор. Это — монстр! Зверь, который решил извести меня моими же ногами.

— Всё! Десять кругов готовы!

— Неправда, — качнул головой принц. — Ты прошла девять. Остался ещё один. Вперед!

— Ты неправильно считаешь!

— Думаешь, было все-таки восемь?

Вот ведь га-а-а… нехороший человек, в общем.

Прикусив язык, я, чихвостя Кайрата на чем свет стоит про себя, поползла доделывать упражнение.

Попа, недовольная подобными выходками, всеми силами пыталась отстегнуться от тела. Вот только у неё не получалось, потому в отместку она горела так же, как и мой великий словарь сквернословия, который я не могла пустить в дело.

А все почему? А все потому, что кое-кто в душе нежный котик, в сторону которого никак нельзя ругаться. Иначе этот котик разозлится, выпустит когти и назначит штрафной круг.