Книга Попаданка в академию темных, страница 47 – Элина Амори

— Мое хранилище? Кто⁈ — взревел Повелитель и поднялся в воздух. Аэлита наконец освободилась от его теней и сжалась на кровати.

Сердце в моей груди откликнулось болью, но я заставлял себя не смотреть на Аэлиту, старался оставаться внешне спокойным, хотя всем своим существом рвался к моей хрупкой, беззащитной истинной.

— Я отправил проверку, но пока знаю только о взломе, — продолжил я, стараясь сгустить краски.

— Взломе⁈ — Повелитель подлетел ко мне, его глаза налились кровью. Он действительно боялся, но чего именно, не знал даже я. — Что-то пропало?

— Я не знаю полного перечня предметов в вашем хранилище, поэтому не могу ответить на этот вопрос. Только вы можете проверить и понять наверняка, — ответил зло я, надеясь, что мой теневой двойник успеет устроить в хранилище бардак до прибытия Повелителя, чтобы тот задержался подольше. Поймет он, что именно моя магия проникла в его святая святых или нет, я не знал, но сейчас это было неважно.

Повелитель создал портал и исчез в нем. Я мысленным усилием развеял теневого двойника и торопливо подошел к кровати. Нельзя оставлять Аэлиту здесь, ведь Повелитель вернется, и кто знает, в каком настроении. Проверив свои сокровища, он может захотеть продолжить развлечение. Этого допустить я никак не мог.

Я остановился рядом с постелью в нерешительности. Аэлита свернулась калачиком, с головой закутавшись в покрывало. Ее хрупкое тело дрожало точно от озноба. Мое сердце болело от сопереживания ей и сжималось от радостного предчувствия одновременно.

Оттягивать момент прикосновения не имело смысла, я присел на постель и коснулся ее плечика. В голове точно вспышка взметнулась счастливая мысль — это она, Аэлита моя истинная, вне всяких сомнений. Видения и сны обрели четкие очертания и лицо. Сердце трепетало в радости, отказываясь принимать внешние обстоятельства. Я безумно любил ее и хотел защитить.

Аэлита вынырнула из-под покрывала, повернулась ко мне и посмотрела широко открытыми глазами. Дышала часто и растерянно моргала. Она тоже узнала меня, но пока была не в состоянии осознать это разумом, только чувствами. И я не стану торопить ее.

— Ты в порядке? — спросил я, поднимая ее на руки так и завернутую в покрывало как в кокон, чтобы соблюсти приличие. — Повелитель не причинил тебе вреда?

Я боялся услышать, что опоздал, и он причинил ей боль, которую тяжело будет забыть.

— В порядке, — прошептала она, изумленно глядя на меня своими малахитовыми глазами. — С-пасибо вам.

Я ощутил облегчение, прижал ее к себе крепче и понес из комнаты Повелителя. Она не протестовала, робко прижалась к моей груди и затихла, словно попавшая в сети раненая пичуга. А я вопреки всему чувствовал блаженство, от того, что держу ее нежное хрупкое тело в своих руках.

Как я объясню свои действия Повелителю, я пока не знал, но не мог оставить любимую ему на растерзание. Мне проще было умереть, чем отдать ее ему.

* * *

Разъяренный Повелитель умчался, а я, всхлипывая и трясясь от страха и омерзения, сжалась на ложе, пытаясь закутаться в проклятый кровавый шелк. Там, где этот жирный боров касался меня, горело точно от крапивы, а в душе разлилась помойка. Надо было воспользоваться моментом и убежать, но я только куталась и всхлипывала. Я не знала, куда бежать и где спрятаться, не представляла, что будет дальше, просто пыталась отдышаться и собрать мысли в кучу.