Книга Обскур, страница 162 – Ирена Мадир

— Духам мы ни к чему, – объяснял как-то Ворон. – Использовать нас, как сосуд нельзя, а обскур мешает им забирать энергию. Максимум, если разозлить или заинтересовать, они могут вступить в бой, но обычно это низшие духи. Их можно не бояться. А высшие с нами не ссорятся.

Так что по Лесу я разгуливаю вполне вольготно и уже самостоятельно занимаюсь Безднами, отданными под мою защиту. Иногда приходится сопровождать контрабандистов или помогать им. В основном это наги из Восточного кантона, но иногда и тёмные эльфы. Нужно вести их так, чтобы они не угодили под ветви хищных деревьев, которые хотя и вряд ли бы съели кого-то из Иных, но могли бы доставить неприятности, особенно при перевозке артефактов, магия которых съедобна для растений Леса.

— Главное – не нарваться на магов Республики, – учил Ворон, показывая новые тропы. – По сути, это территория их государства, и они периодически устраивают исследовательские вылазки и защитные миссии, в ходе которых уничтожают обнаруженные порталы и избавляются от духов. Если увидишь их, лучше притворись глупым духом и беги подальше. Не к чему привлекать их внимание…

— Ау! – зовёт Хоук и машет ладонью перед моими глазами.

Я выныриваю из воспоминаний и хмурюсь:

— Ну что?

— Я же вижу, ты не читаешь.

— Может, я повторяю!

— Ага… Только Хильде ведь уже нет дома… Чем займёмся? – Ворон поднимает и опускает брови.

— Изучением…

— Анатомии?

— …конспектов!

— Неужели не хочешь немного поиграть, Куколка?

— Разве нам не нужно проверить Бездны? – я захлопываю конспекты и собираю книги. Уже темнеет, но спустя год сон необходим лишь раз в декаду, так что времени повторить полно.

— А потом?

— Потом… Если догонишь, то подумаю… – обещаю я, подходя к столу, где остались наши маски.

Кажется, с первого дня у нас появилась странная привычка оставлять их рядом. Это даже мило, если не считать того, то эти черепа скрывают. Иногда мне становится жутковато, что от моей жизни зависит жизнь Ворона. По крайней мере, так объяснила Королева. Зато Хоук чувствует себя лучше, его безумие не прогрессирует, хотя иногда он может потеряться в обскуре. Я же на удивление легко справляюсь силой в сравнении с остальными.

Общаюсь я далеко не со всеми, всё ещё старясь избегать Сокола и Барса. Зато с Быком почти подружилась, он довольно устрашающий, но в душе добряк. Тигр не умеет держать язык за зубами, потому не беседовать с ним просто невозможно. Лось самый флегматичный, так что и к новенькой относится абсолютно ровно. Филин мне не нравился долгое время, как и Волк, потому что эти двое волокли в своё время меня в гробницу. Однако оба они оказались довольно спокойными и доброжелательными, а некоторая неловкость в нашем общении хотя бы даёт понять, что они, видимо, сожалеют.

Тем не менее я стараюсь лишний раз не появляться в гробнице без Ворона. Он хотя бы огрызается, но кое-как общался и с Барсом, и с Соколом, в отличие от меня. Оба раздражают, особенно Барс, способ общения которого, кажется, сводится к хамству. По крайней мере, со мной. Хотя ему есть за что ненавидеть Лису, я ведь едва не убила его… Сокол вообще тихий, говорит в основном только с Волком или Филином, игнорируя остальных большую часть времени.

— Ты сегодня какая-то задумчивая, – шепчет Хоук, остановившись позади и наклонившись. Его зубы прикусывают мочку моего уха.