Книга Затерянные во времени. ДНК из прошлого, страница 101 – Светлана Малеёнок

— Думай, что говоришь! — обиженно прошипела она, нет-нет, да и косясь в сторону раненого.

— Он и слова-то такого не знает! — фыркнула я и посмотрела на активно что-то обсуждающих мужчин.

Затем Игорь присел на корточки и начал чертить веточкой в пыли, эмоционально поясняя свой рисунок Тени.

Я обернулась и окинула долгим взглядом долину. На ней также спокойно паслись травоядные динозавры, оглашая округу своими заунывными трубными звуками.

Как ни странно, но на открытой местности, к нашему счастью, крупных хищников мы больше не встречали. А отсюда назревал вопрос: «Какого черта…»

— Я вот что думаю, — я вздрогнула и обернулась. Позади меня стоял Игорь и задумчиво смотрел в сторону далекого леса, откуда мы пришли. — Почему те, кто нас послал, установили арку так далеко от нужного нам места? Почему бы, например, не поставить ее здесь, — он кивнул на заросший деревьями берег реки. — А еще лучше сразу на том берегу! Ведь это куда безопасней! Люди, что шли до нас, остались бы живы, да и в целом шансы на успешное проведение операции по добыче эликсира долголетия значительно бы повысились!

— Знаешь, я сама об этом думаю! И мне почему-то кажется, что предыдущие группы и до этой реки не дошли. Мы сами-то, можно сказать, случайно выжили благодаря энергетическим куполам, ведь дикари не знают, как ими пользоваться.

Со стороны реки послышался характерный стук топора.

— Похоже, Кхор нашел подходящее дерево, — улыбнулся Игорь.

— Кто нашел? — я подобралась, услышав знакомое слово.

— Его так зовут, Кхор. Это имя, данное при рождении, а Тень — это прозвище, означающее, что охотник незаметно может подкрасться к добыче и к врагу. Второе имя дается мужчине за его заслуги. Вот, например, нашего раненого зовут Йарг, он еще молод и пока не заслужил второго имени. Пойдем, отнесем его под деревья.

Мы направились к носилкам.

— Когда ты столько успел узнать? — я проследила взглядом за поднявшейся с корточек Миланой, до этого отгонявшей от раненого налетевших на запах крови крупных насекомых.

— А ты думаешь, мы носилки молча несли?

Дойдя до небольшой группы деревьев, разросшихся у самого берега, мы опустили носилки с теневой стороны, и мы с Миланой устало сели рядом, а Игорь ушел помогать Тени. Через минуту снова застучал тесак… Кхора, — я усмехнулась. Кхор. А что, ему идет! Кхор.

Около часа мы слушали глухие удары по дереву, развлекаясь тем, что по их силе пытались угадать, кто именно из мужчин сейчас работает.

— Как же от нас воняет! — застонала Миланка, — а кожу на голове у меня так стянуло от этого засохшего навоза, что кажется, будто скальп сейчас сам слезет!

— Терпи! Иначе тот, кто живет в реке, с удовольствием тебе поможет с ним расстаться.

— Смотри, бежит!

— Кто бежит? Тот, кто живет в реке?

— Да нет, человек бежит! Прямо сюда, к нам! — Милана встала и, приложив ладонь к глазам, указала на вершину холма, откуда мы недавно спустились.

Я поднялась вслед за ней, всматриваясь в спешащую к нам фигуру.

— Не может быть! — протянула я, делая шаг навстречу.

Встреча была бурной. Мы втроем обнимались и смеялись, как сумасшедшие, пока лежавший на носилках мужчина не цыкнул на нас, напоминая, что своим шумом мы можем привлечь ненужное внимание.

Только тогда мы опомнились и забросали Югель с вопросами. Девушка, как и мы, была обмазана вонючим и уже подсохшим на солнце навозом динозавра, а на ее руках и ногах были неглубокие, но довольно длинные порезы.