Книга Многоликий Янус, страница 260 – Светлана Малеёнок

Боясь передумать в последний момент, я направилась к окну, легла животом на подоконник, вытянула руку, и достала веревку.

На ней, через примерно каждые полметра, были навязаны узлы. Как я могла понять, для того, чтобы было, за что зацепиться женским слабым рукам. На душе потеплело от этой дополнительной заботы Ивана.

Тщательно привязав веревку к ножке кровати, выбросила ее за окно. Убедившись, что конец ее достает практически до земли, мужественно залезла на подоконник, и тут же, решимость оставила меня. Я смотрела вниз, и чувствовала, как мелкой дрожью колотит все мое тело, а голова начинает кружиться.

Я крепко зажмурилась, уговаривая себя успокоиться, и вспомнила, как ловко лазила с дворовыми ребятами по деревьям и гаражам, какой восторг я испытывала, посматривая сверху на маленькие незначительные фигурки людей и какой сильной и смелой я при этом, себя чувствовала.

Я должна суметь это сделать! – уговаривала я себя, — а иначе как по-другому сбежать отсюда!? Мысленно отвесив себе пощечин и обругав крепкими словечками, я судорожно схватилась за верхний узел веревки, и перекинула ногу за окно.

Спуск, оставил в моей памяти очень расплывчатые воспоминания. Помню только, что я мысленно считала узлы, да отдавала команды своим рукам и ногам. Но, наконец, я ступила на твердую землю и тут, же уселась, нервно поглядывая по сторонам.

Запоздало накрыл страх, что меня легко могли увидеть во время спуска, ведь обе мои руки, светились белым в темноте, словно покрытые люминофором. Тут уж я вспомнила про маскировку. Пощупав руками вокруг себя, влезла правой рукой в неглубокую лужицу, полную жидкой грязи.

Брезгливо морщась, я провела пальцами по своему лицу, а затем, то же самое проделала и с руками. Осуществляя, столь необходимую маскировку, я почувствовала на себе чей-то взгляд. Автоматически, медленно оглядела частокол псарни, но, ни кого за ним, не заметила, хотя ощущение чужого взгляда, осталось.

Решив больше не потакать своим страхам, я крадучись, вдоль стеночки, отправилась в сторону беседки. Голоса приближались, а я, попутно хвалила себя за то, что так удачно нашла тот самый закуточек между домом и беседкой, где так удобно будет подслушивать.

Наконец, я была на месте, и, тихонечко, словно уж, просочилась в узкий простенок, оказавшись как раз напротив второй, заросшей плетьми винограда, двери беседки. И, надо сказать, вполне своевременно! Так как разговор, явно касался меня.

— Ну, так что, месье Перье, как вам мое предложение, на счет мадемуазель Авроры?

Я же, затаив дыхание, ждала ответа.

— Ну, что я могу вам сказать, Ваше Императорское Величество, — послышался вкрадчивый голос собеседника Павла первого. И, судя по сильному акценту, явно иностранца. – Не скрою, вы меня заинтриговали! Но единственное, что меня смущает, что я не смогу представить мадемуазель в обществе. Что если она заговорит, начнет рассказывать, кто она такая, у меня могут быть большие неприятности! – незнакомец ненадолго замолчал, словно раздумывая. – Насколько я понимаю, в случае чего, вы не вступитесь за меня, Ваше Императорское Величество!

— Мда, — задумчиво бросил император. – Вы меня совершенно верно поняли. Мое, и без того шаткое нынче положение, постоянно плетущиеся заговоры… Поймите меня правильно, месье, но настраивать против себя знать, совсем не в моих интересах.