Книга Изначальные, страница 130 – Светлана Малеёнок

Теперь, пришла очередь Дориана загадочно улыбаться. Он открыл люк глайдера, и извлек оттуда небольшую совершенно черную вещицу.

Девушка с интересом следила за его манипуляциями.

А мужчина, тем временем, разложил ее, превратив в некое подобие маленькой печи, а затем, сделал совершенно неожиданное. Он вытащил из летательного аппарата, нечто, напоминающее орудие для колки дров, и, с большой силой, принялся колотить по маленькой черной печке.

Девушка в ужасе, прижала к лицу кулачки.

— Ты зачем ее ломаешь?

— Что я ломаю? – Дориан опустил орудие разрушения, и вытер лоб рукой.

— Печку, зачем ломаешь?

Мужчина белозубо улыбнулся, и, отбросив опасный предмет в сторону, позвал ее, - иди сюда! Подержи над ним, руку, - и показал, что именно нужно сделать.

Агайя поднялась со своей шубы, и осторожно подошла к необычно черному, словно глубокая дыра в земле, предмету. Подняв руку, она секунду подержала ее над ним.

— Тепло? – удивлению девушки не было предела. Осмелев, она опустила ладонь пониже, затем еще и еще ниже, пока ойкнув, не отдернула ее, - жжется! Как огонь от костра!

Дориан довольно улыбался во весь рот.

— Вот тебе и костер! Теперь только осталось дождаться, когда к нам с неба еда свалится!

Едва Дориан это произнес, как прямо перед ним, на песок, упала огромная рыбина.

Эта странная печка, оказывается, еще не все чудеса этого огромного голубокожего мужчины со сверкающими в ночи глазами. Он также достал странное приспособление из металлических прутьев и одним движением превратил его в удобную сетку для запекания рыбы.

Но сначала мы покормили Доо-Ттель, предложив ей вытянуть из крови рыбины питательные вещества. Причем Дориан брезгливо отвернулся, а потом и вовсе ушел, сообщив, что что-то проверит, но пошел не наружу, а вниз по полого уходящему под землю каменному полу.

Вернулся он довольно быстро, сообщив, что внизу разрушений больше, чем снаружи, и дверь, закрывающая вход к точке телепорта, имеет следы вскрытия. Последнего слова я не поняла. Было лишь ясно, что это плохо.

Продолжая задумчиво хмуриться, Дориан извлек из запасливых недр глайдера огромный нож, ловко отрубил рыбине голову и бросил ее птицеящеру. Крок благодарно протрубил и одним глотком отправил угощение в желудок. Вскоре за головой туда последовала и рыбья требуха, и даже хвост с плавниками. Поняв, что добавки не будет, шумно хлопая крыльями, крок взлетел.

— Куда это он? — отвлекся от рыбы Дориан.

— Спать полетел. Сядет на вершину пирамиды. Кроки всегда спят на высоте, на земле подолгу не задерживаются. Если на земле нападет Голый Глот, то на разодранных крыльях ящер уже не взлетит. Несмотря на огромный зубастый клюв, на земле кроки беспомощны, особенно ночью, в темноте очень плохо видят.

Разделав рыбью тушу на куски, мужчина посолил их и посыпал какими-то специями. Огромная решетка с трудом вместила на себя все куски мяса, и вскоре я уже не успевала сглатывать голодную слюну от просто умопомрачительного аромата печеной над огнем рыбы.

Ели мы уже в темноте, молча, но довольно урча, с улыбкой переглядывались. При свете огня этой чудесной печки видны были только наши лица, окружающее нас пространство казалось практически черным, отчего мне стало немного неуютно. Лишь в своем родном лесу я могла чувствовать себя совершенно спокойно, но не здесь, в голой пустыне.