Книга Изначальные, страница 144 – Светлана Малеёнок

— Доо-Ттель? – настороженно подумал я.

— Да.

— Разве я тоже могу тебя слышать?

— Агайя вам рассказывала, что это возможно во время непосредственного контакта, как раз именно сейчас он у нас и происходит. Я поддерживаю твою жизнь.

— Что со мной? – мне понравилось общаться мысленно, это не требовало от меня никаких усилий.

— Последний из Рептилоидов, прежде чем умереть, начал стрелять в нашем направлении, и теперь у тебя в правой стороне груди, сквозная дыра. У вас, конечно, хорошая регенерация, у землян нет такой, но ранение у тебя серьезное, осталось всего одно сердце. Регенерация затронула пока лишь сосуды, остановив кровотечение и переключив всю нагрузку на оставшееся сердце.

— Понимаю, нужна реанкапсула, а она на шаттле.

— Все верно!

— Мы к глайдерам идем?

— Да.

— Ясно. Спасибо тебе, Доо-Ттель!

Шадорка в ответ промолчала. А я почувствовал, что даже такой безмолвный диалог, словно лишил меня оставшихся сил, и слабость буквально сковала мое тело.

Хотелось еще спросить про оставшихся на корабле двух Рептилоидов, и про команду шаттла, но мысли были какие-то вялые и бесформенные. Возможно, из-за этого, Доо-Ттель меня и не расслышала, или специально прервала контакт.

Вокруг себя я периодически слышал редкие тихие разговоры, но мысли не могли на них сосредоточиться, а потом, я незаметно погрузился в сон.

В следующий раз я очнулся от того, что меня куда-то перемещали, и сумел открыть глаза, в которые уже не бил яркий свет солнца. Меня уже усадили в глайдер, аккуратно пристегнув к креслу. Боль от раны я почти не ощущал, видимо постаралась аптечка моего комбинезона и Доо-Ттель.

— Эй! Дориан, дружище, ты очнулся!? – голос Катрана.

Я скосил глаза влево, друг напряженно всматривался в мое лицо, которое, я почему-то ощущал, какой-то маской. Попытавшись улыбнуться, почувствовал, что лишь уголки рта смогли конвульсивно дернуться.

Лицо моего помощника расслабилось, и он улыбнулся.

— Вижу, что держишься молодцом! Скоро будем на шаттле, потерпи немного.

От резкого взлета, тело впечаталось в спинку сидения, вышибая из меня весь воздух. За прозрачным куполом кабины глайдера, в лицо бросился голубой клочок неба с белыми перьями облаков и лишь с самого края, виднелся фиолетово-черный край штормовой тучи.

Катран посмотрел на меня, и, проследив направление моего взгляда, кивнул:

— Да, Варм сказал, что буря надвигается слишком быстро, но мы должны успеть. Полетим на максимальной, так что потерпи, дружище!

Я лишь на секунду прикрыл глаза, изображая кивок. До ужаса противно чувствовать себя беспомощным, поэтому так важно, чтобы команда была единым автономным организмом, умеющим в критические моменты действовать и без контроля своего командора.

В голове некоторое время еще билась мысль спросить, что там с командой шаттла, находящейся в стазисе, но жуткая слабость, не позволяла и рта раскрыть. Знаю, что в другое время, Катран бы уж давно мне коротко доложил обстановку. Но так как он молчал, я мог предположить, что спасти их не удалось, и уже заранее готовился к этой новости.

Хотелось спросить и про Агайю. Я понимал, что ее конечно же не оставили там, но вот только, с кем она полетела? Надеюсь, не с Аурикой. Ревнивая женщина на многое способна, это я уже давно понял. Оставшееся у меня одно сердце, и без того работающее с двойной нагрузкой, принялось еще яростнее биться о грудную клетку, едва я подумал, что моей девочке может угрожать опасность. – Моей! – похоже, я уже второй раз мысленно называю ее своей!