Книга Выжить дважды. Часть 1, страница 24 – Светлана Малеёнок

— Ты конечно, - ты. Но у меня камера в руках.

— Выключай, пора возвращаться.

— Есть, командир!

— Трёхмерное изображение свернулось.

Прошло немного более двух недель. Шестиног быстро шёл на поправку. Он уже мог ходить, но есть предпочитал исключительно стоя. Было решено, как только он сможет сесть на тропа, он двинется в обратный путь, домой, а Варм, увезет жену в её новый дом. Кассандра оставалась одна. Возможно по этому поводу, а может, причина была в чём-то другом, но она всё чаще украдкой посматривала на Варма, и глаза при этом, становились очень грустными.

В один из дней, Шестиног явился с прогулки, с огромной охапкой цветов, и с порога, сделал Кассандре предложение, стать его женой! Та печально улыбнулась, и сказала что подумает, а затем снова стрельнула глазами в сторону Варма.

Тот - же ничего не замечал. Все эти дни, он очень старался быть полезным. Набил несколько новых тюфяков для постели, сколотил две лежанки и пару стульев, наколол большой запас дров, и много чего еще сделал. Но, почему - то, чувствовал себя каким-то ущербным, что ли.

На охоту ходила исключительно Агайя, и Глот неотступно сопровождал её. Возвращалась она всегда с добычей, да с такой, что мясо приходилось засаливать впрок, благо солончак был неподалёку. Дичь освежевывала тоже сама, причём делала это куда более ловко, чем мог бы сам Варм. И он всё чаще задавал себе вопрос:

— А что она будет делать в его доме? Между его четырьмя жёнами, давно были распределены обязанности: одна – готовит, вторая – убирает, третья – следит за общими детьми, четвёртая - шьёт и приводит одежду в порядок. Агайя – жена «для души», но захочет ли она быть только ею? И сам себе отвечал, - нет. Девушка много работала, и он видел, что это ей нравится. Спали они пока отдельно. Разговаривали мало, но Варму казалось, что Агайя знает его мысли, и от этого ещё больше терялся и не находил себе места.

Охотник, проснулся среди ночи от какого-то звука, прислушался, - тихо. Перевернулся на спину, положил руки под голову и уставился в потолок. Спать не хотелось, да и не смог, бы он сейчас уснуть. Рядом раздавалось громоподобное храпение Шестинога. Варм встал со своего тюфяка, и тихо вышел из дома.

Небо было на редкость чистым, заполненным россыпью звёзд, охотник любил смотреть на них. Мужчина вдохнул полной грудью свежий ночной воздух, и слегка поежился. Прохладно. Вдруг, от ямы, выкопанной тропами, донёсся тот же звук, который разбудил его ночью. Так кричит… новорожденный троп!

Варм бегом направился туда. Его верный Буцефал растерянно топтался около ямы. Мужчина подошёл к краю, и посмотрел вниз. Там, в уютном гнездышке из веток и травы, лежала новоиспеченная мамаша, а рядом с ней, пошатываясь, стоял маленький троп. Шерсть на нём ещё не обсохла, оттого, она вилась тугими спиральками и казалась совсем черной.

— И когда вы успели, - повернулся охотник к Буцефалу.

Тот возмущенно фыркнул и отвернулся.

— Ну, да, на самом деле, когда бы вы успели, - сам себе ответил Варм. То-то троп Шестинога показался слишком упитанным. В спешке, мы не обратили внимания, что ему привели беременную самку. Ох уж эти рабочие жёны, своё дело знают хорошо, а попросишь хоть что-то выходящее за рамки их функций, и всё… - прощай ум, – здравствуй глупость. Варм озадаченно почесал в затылке. Отъезд опять откладывается. Малыш должен окрепнуть.