Книга Оранжевое Лето, страница 186 – Валерия Стругова

— Она не должна была причинить тебе вреда. Её задачей было лишь напугать. Она перегнула палку, неверно меня поняла и была наказана.

Я прищурилась, разглядывая маленькие крапинки в его глазах. Золото с оттенками янтаря, глубокое, как тлеющие угли. Слишком красивое, чтобы принадлежать такому лжецу.

Он не заслужил таких глаз, таких волос и такого тела. Не заслужил!

— Мой Феникс оказался совсем не моим, — проговорила я, с удовольствием отметив, что щека Валтера снова дёрнулась после этих слов. — Ты не торопился. Врал, привязывая меня всё больше и больше, потому что думал, что у тебя в запасе ещё куча времени, но ошибался. Произошло что-то ужасное и ты решил, что теперь ждать не можешь. Не понимаю только, зачем нужно было прикладывать столько усилий. Мог бы просто предложить мне баснословную сумму денег.

— И ты бы отказалась. А если бы и согласилась, то нет гарантий, что не перешла бы на сторону нашего врага.

Я расчесала пальцами свои волосы.

— Это логично. Мне не понятно только то, зачем ты так подробно рассказал мне всё сейчас. Мог бы немного приврать, сделать всё аккуратнее. Сказал бы как раньше «Доверься мне, белочка», и я бы пошла с тобой хоть на край света. А теперь, ты словно даёшь возможность сбежать, хотя сам в отчаянии. Почему?

— Потому что я полюбил, — прошептал мой, пока ещё, возлюбленный.

Я не ответила, лишь продолжала рассматривать его напуганное лицо. Даже сейчас мне не нравилось, что ему плохо.

Как же глубоко я вляпалась.

— И как после всего я могу в это верить, — ответила я, чувствуя, как всё вокруг становится чёрно-белым. — Вдруг это очередная манипуляция, очередной... приём из твоего арсенала? Человеческая психика ведь так проста.

Я закрыла глаза, сосредоточившись на дыхании. Нужно просто дышать. Глубже. Спокойнее. Только вот удушье сжимало грудную клетку, будто невидимая змея, кольцом обвившая моё тело.

— Ия, — позвал он и дотронулся до моей щеки, от чего я сразу дёрнулась, заставляя его убрать руку. — Ни с кем у меня не было такой связи. Ты подарила мне столько чувств. Сама видишь, я практически не могу себя контролировать. Не всё было игрой. Ты нужна мне.

Я вновь еле слышно хихикнула, и почувствовала, как одинокая слеза покатилась по щеке, но мне было всё равно.

Пусть катится, мне то что

?

— Ты сегодня признался мне в любви, так сладко ласкал, целовал и я думала, что всё это правда...

— Это правда!

— Если бы...

— Я такой! — вдруг жёстко сказал он. — И я не могу отказаться от своего плана. Если посмею, игнисы потеряют власть! Будет война! Я был рождён и воспитан, чтобы, когда понадобиться, занять место отца. Я тот, кто должен сохранить наш расу. На мне этот крест от рождения, пойми ты меня. Я не мог иначе! Но клянусь, моё признание было искренним!

Встав с кровати, я медленно подошла к окну, встав рядом со столом, и чувствуя на спине прожигающий взгляд. Он тоже злился. Хотел, чтобы я приняла его правду. Но могла ли я? Должна ли?

Могу ли я понять и принять, что вся моя жизнь, все чувства, все моменты с ним — не более чем тонко сплетённая хитрая паутина? Нет.

— Почему ты молчишь? — его голос прорезал тишину, как лезвие. Грубый, срывающийся. — Мне нужна твоя помощь. Умоляю, Ия. Ты мой единственный шанс.

Невзначай я засмотрелась на растущую луну, притаившуюся в тёмном небе.