Книга Оранжевое Лето, страница 207 – Валерия Стругова

— Ничего не кончено, — его голос был соблазнительным, тон уверенным. — И никогда не будет кончено.

Я не успела отступить, как он быстро чмокнул меня в глаз и притянул к себе одной рукой.

— Отпусти ты, — выплюнула я ему в лицо, вновь пытаясь освободиться. — Ненавижу!

— Так причини мне боль, — прошептал он мне на ухо, укусив кончик. Голос застрял где-то в груди, я онемела на несколько секунд, но после быстро прижала руку к его шее и зажмурила глаза.

Причинить боль. С удовольствием. Но как?

Я пыталась сосредоточится, но ничего не выходило.

— Не можешь, — рассмеялся он. — Твоё тело, разум и душа уже принадлежат мне.

Открыв глаза и сжав зубы, я быстро вырвалась и со всей силы влепила ему пощёчину.

— Всё же я могу причинить тебе боль!

Валтер удивлённо посмотрел на меня. Глаза загорелись красным и он отступил назад

— Почему? — прохрипел он. — Ты же любишь меня.

— Нет. Я люблю не тебя, а тот образ, который ты создал. А ты... Ты не настоящий.

— Я настоящий...

— Это всего лишь придуманная личность. Маска. Никогда не прикасайся ко мне. Это неприятно!

Его глаза медленно расширились от шока и неверия. Казалось, что мои слова физически ударили его сильнее, чем пощёчина. Он сделал ещё один неуверенный шаг назад.

— Эм, Валтер. А когда мы должны приплыть. Меня слегка укачивает и Кай сказал спросить у тебя.

Кира стояла в стороне и переминалась с ноги на ногу.

Она вовремя.

Медленно проведя языком по внутренней стороне щеки, будто смакуя боль, которую я ему причинила, Валтер перевёл взгляд на мою подругу.

— Скажу капитану, чтобы причаливал к берегу, — ответил он и зашагал прочь. — Уже накатались.

Я проводила его взглядом, ожидая, что он скажет напоследок хоть что-нибудь, но он просто ушёл, оставив после себя липкую тишину.

Кира тут же шагнула ко мне.

— Ты в порядке?

Я обняла себя дрожащими руками и села на скамью рядом с одиноко стоящим бокалом. Слёзы сразу же потекли тонкими струйками по моим щекам. Дыхание задрожало.

— Нет. Я НЕ в порядке.

— Что случилось?

Кира расположилась сбоку от меня.

— Я ударила самое красивое лицо на свете. И я наговорила всякого.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что не люблю его.

— Но это неправда, — отметила Кира.

— Конечно нет. Я очень... очень сильно его люблю. Он сводит меня с ума, но мне нельзя поддаваться. Нельзя.

— Но почему?

Моё сердце сжалось, глаза уже ничего не видели из-за слёз, а в груди разливалась тяжёлая боль. Каждое произнесённое мной слово оставляло привкус горечи на языке. Я ненавидела себя за то, что сказала Валтеру. Видеть его таким потрясённым, таким... раненым... это разбивало меня изнутри.

— Потому что так больше нельзя, — прошептала я, сжимая кулаки до боли в ладонях. — Каждый раз, когда он рядом, я чувствую, что теряю себя. Растворяюсь в нём. Исчезаю. И, если он попросит меня умереть за него? Я ведь без колебаний сделаю это.

Голос срывался, и я прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать рыдания.

Я подняла на подругу полные отчаяния глаза.

— Я боюсь его. Я не знаю его. Я не верю ему. После всего, что между нами было, я должна ненавидеть его, а я не могу его не любить. Он...

— Самое ужасное и одновременно самое прекрасное, что было в твоей жизни, — закончила за меня Кира.

Я резко повернулась к ней. Подруга смотрела вдаль, её спина была прямой. В этот момент я подумала, что она никогда так хорошо не понимала меня, как сейчас.