Книга Оранжевое Лето, страница 83 – Валерия Стругова

Шутить

, чтобы не плакать. Моя идеальная тактика.

— Ты точно издеваешься! — гневно прошипел он. — Твои шуточки не к месту!

— Мои шуточки всегда к месту, — возразила я и замолчала. Если бы он знал, что без них я просто постоянно рыдала бы. Это моя естественная защитная реакция на все негативные события в этом мире. — О Господи, неужели у меня способность очаровывать ангелов? Хотя вряд ли.

Глаза Валтера сузились до опасных щёлочек.

— Ты, похоже, никогда не прекращаешь смеяться над всем вокруг. Но ты и правда очаровываешь, только не ангелов.

Он нежно улыбнулся и ласково погладил меня по растрёпанным волосам. И тут мне снова стало грустно.

— Так... Я продолжу накидывать варианты, пока ты не расскажешь мне о моих способностях.

— Валтер устало провёл рукой по лицу.

— Может ты замечала, что я могу беспрепятственно касаться лишь тебя, — начал он.

— Ты касался других...

— Не перебивай, — его строгий взгляд был пронизывающим, но почему-то ничуть меня не напугал. — Когда я прикасаюсь к другим, мне больно. С тобой иначе. Это происходит не просто так. Существуют люди, которые имеют рецессивный ген, позволяющий брать и отдавать чужие способности.

— Пение, танцы, вышивание крестиком?

— Тебя так боль веселит? Я же пытаюсь объяснить!

— Прости, — виновато пробормотала я. — Может, сейчас действительно не время для шуток. Просто я нервничаю до дрожи, и этот бесконтрольный поток чепухи остановить невероятно сложно. — Я собралась с мыслями. — Значит, я могу дотрагиваться до тебя, не причиняя боли, потому что обладаю каким-то особым геном?

— Верно. Поэтому с тобой я могу быть без перчаток.

— А что по поводу брать и отдавать?

Валтер задумался.

— Пока не уверен. Это лишь предположение, основанное на старых записях моего мира. Таких как ты мало, поэтому я и хотел тебя... изучить.

— Хм... — я медленно переваривала информацию. — Никогда бы не подумала, что во мне скрывается что-то настолько особенное. Что это вообще за ген такой? Мои родители тоже были носителями? — задумчиво спросила я, закрывая утомлённые глаза.

Столько шокирующей информации нужно было осмыслить и принять.

— Слышала о белых тиграх?

— Конечно, вид такой.

— Белые тигры — это не вид. Это тигры, родившиеся у обычных рыжих тигров. Если оба родителя имеют редкий рецессивный ген, существует вероятность, что родится белый тигрёнок.

Я понимающе кивнула, открыв глаза.

— Я — белый тигрёнок?

— Верно, — проговорил Валтер, улыбаясь. — Самый редкий, уникальный тигрёнок. Один на многие поколения.

Это прозвучало тепло и мило, но в груди всё ещё лежала тяжесть.

— Тогда мой брат...

— Нет, твой брат — обычный рыжий тигр... скорее всего. Мне нужно его увидеть, чтобы сказать наверняка, но такое явление — большая редкость.

— Ну вот. А мне всегда хотелось быть просто фоновым персонажем.

Валтер молчал, смотря в сторону окна.

— Что ж, тебе придётся смириться с фактом своей уникальности. Скажи-ка мне вот что... — перевёл он взгляд на меня.

— Да?

— О чём ты думала, когда впервые увидела меня... ну... настоящего? — в голосе слышалась осторожность, словно он боялся услышать ответ. — Ты была в состоянии шока или смертельно напугана?

— Смертельно напугана.

— Ясно.

Его лицо стало каменной маской.

Этот Феникс такой ранимый.

Видимо, он ожидал именно такой реакции — страха, ужаса перед его истинной природой.