Книга Шанс на мечту, страница 69 – Валерия Стругова

* * *

Первое, что услышал Адам, войдя в дом, был смех Ирэн, доносящийся с кухни.

— Ты так быстро съедаешь блины, что я не успеваю их жарить! — послышался весёлый голос девушки.

— Это ты так медленно жаришь, что я успеваю всё съесть!

Голос Тони звучал игриво, и Адам сжал зубы. Неужели он опоздал? Его не было всего несколько часов, как они так быстро сдружились?

— У меня и так плита на максимуме. Имей совесть! Если бы ты меня послушал раньше, было бы гораздо больше блинчиков.

Адам тихо прошёл к кухне и остановился, наблюдая за тем, как Рэна мастерски переворачивает тонкий блин на сковородке, а Тони с нежной улыбкой наблюдает за ней. Его чёрная футболка была вся перепачкана мукой, как и волосы Ирэн. Непроизвольно он представил, что могло быть причиной того, что они оба так испачкались. Лицо его помрачнело, и он, развернувшись, пошёл прочь из дома.

Мысли Монтеррея кипели от ревности и разочарования. Неужели он действительно опоздал? Выйдя на веранду, он не сразу заметил, как под его ногой проскользнуло что-то маленькое и мягкое. Потеряв равновесие, Адам едва не упал, успев схватиться за перила лестницы.

— Чёрт! — вырвалось у него, когда он посмотрел вниз и увидел котёнка, который испуганно прижался к полу и жалобно мяукнул.

Адам нахмурился и присел на корточки. Животное было грязным и худым, оно дрожало от кончиков усов до хвоста, но зелёные глаза смотрели с любопытством. Он протянул руку, и пушистый комочек осторожно понюхал пальцы, а затем потёрся о них, тихо мурлыкая.

— Ты ещё кто такой? — удивился Адам.

Он не любил кошек, точнее, всегда и всем так говорил. Марк ещё в детстве объяснил сыновьям, что животные — это большая ответственность, а найти более безответственных детей, чем Адам и Ричард, просто невозможно. У Феи была аллергия на шерсть, поэтому и они с дядей животных не держали. Пибоди была единственным питомцем в семье. Так Адам привык думать и говорить, что кошек не выносит.

Но сейчас, глядя на это маленькое, трясущееся от страха, существо с большими глазами, он неожиданно для себя почувствовал желание его защитить, словно это был он сам. Не раздумывая, Адам осторожно поднял котёнка на руки. Мягкий комочек уютно устроился, тихо мурлыкая. Его дрожь потихоньку проходила.

На улице было свежо, и Адам сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться. Он направился к океану, держа малыша у груди. Шум прибоя и прохладный ветерок немного развеяли его напряжение. Мужчина не понимал, почему так остро реагирует на происходящее и зачем ушёл так далеко от дома.

— Ты уже обедал? — услышал он мягкий голос.

Адам обернулся и посмотрел на девушку. Ирэн ожидающе смотрела на него, пытаясь поправить растрёпанные волосы рукой. Она тяжело дышала, словно пробежала марафон, на её щеках была мука, рукава засучены, рубашка помята.

— Нет, — голос Адама был глухим и печальным.

— Я делаю блинчики.

— Да, я видел. У меня есть кое-какие дела.

Адам попытался обойти девушку, но она преградила ему путь. Сейчас она была так близко и внимательно всматривалась в его лицо.

— Ты ревнивый?

— Что? — не понял Монтеррей.

— Просто интересно, ревнивый ли ты?

— Похоже… — губы Адама растянулись в улыбке сами собой. — А для меня есть блинчики?

— Конечно! — оживилась Рэна, её глаза засияли. Она мягко взяла его за руку, и от её прикосновения по его коже пробежал лёгкий разряд. — Есть ещё запеканка.