Книга Последнее тепло - во мне, страница 174 – Лина Таб

Спустя неделю, закончив на сегодня с делами, я пошла на поиски Нормана. У меня были несколько вопросов.

Он нашелся в кабинете.

Правитель сидел в кресле для посетителей, вытянув ноги на соседний стул и откинувшись головой на изголовье, смотрел в одну точку нечитаемым взглядом.

Рядом на столе стояла бутылка. Полная и закрытая.

Мой взгляд задержался на ней.

— Я не пил, — вдруг произносит, — даже напиться не могу, — хмыкает, — ведь правитель должен быть всегда в трезвом уме. Вот Селла, — поднимает голову, повернувшись ко мне, — это наша с тобой пожизненная ноша. Мы всегда в первую очередь думаем о людях, о подвластных землях, делах, а уже потом о себе.

Пожимаю плечами. Мне нечего на это ответить, но истина в его словах есть.

Встаю перед ним и правитель тут же убирает ноги со стула.

Не тороплюсь садиться, просто рассматриваю.

— Что, я так паршиво выгляжу, что ты думаешь о том, читать ли мне нотацию? — то ли шутит, то ли серьезен. Взгляд не живой, губы улыбаются, тон смешливый, но глаза нет. Они равнодушные.

— Нет, ни о чем подобном я не думаю, — отвечаю мягко, — лишь о том, что ты очень сильный и мне есть чему у тебя учиться, я и учусь, запоминаю. Ты для меня эталон хорошего правителя, надежного, порядочного, преданного своему делу и своим людям.

Норман хмыкает и нехотя поднимается. Обходит стол и усаживается на свое кресло.

— Ты ведь не просто так пришла. Были вопросы? — тон серьезный, деловой.

— Верно, — киваю сдержанно и усаживаюсь в то кресло, где совсем недавно сидел он сам.

Некоторое время мы обсуждаем вопросы, а Норман не обращая внимания на усталость, даже не пытается от меня быстрее отделаться, напротив, рассказывает подробно, приводит примеры, спрашивает, чтобы убедиться, что я все поняла. Не смотря на случившееся, он все еще прекрасный рассказчик и его интересно слушать.

В процессе разговора, Норман поднялся с места и отошел к окну. Его голос продолжал звучать, но было ощущение, что сам он был где-то еще. Я замечала ранее, что на него порой будто накатывало и он отстранялся. В эти моменты я ощущала, как мне щемит сердце и даже ловила себя на робкой мысли подойти и обнять, но это было лишним. Неизвестно, как воспримет мою попытку сам Норман.

Ненадолго, нам пришлось прерваться, потому что не смотря на поздний вечер, Норману принесли какой-то документ для изучения.

Извинившись передо мной, он уселся с ним на широкий диван для посетителей и погрузился в чтение.

Я же сидела молча и рассматривала его. Без цели или подвоха. Мне почему-то все больше нравилось смотреть на него. Симпатия? Скорее нет. Больше дружба, интерес к незаурядному талантливому человеку.

— Прочитай, — оторвавшись от документа, Норман встает и передает его мне.

Я с интересом погружаюсь в изучение. Таких документов за эти дни было множество, но с этим вопросом мне еще не приходилось сталкиваться. И ведь снова, Норман был готов учить меня, вводить в дела своих земель.

Дочитав, я поднимаю голову, чтобы прокомментировать, но тут же захлопываю рот.

Норман сидел все на том же диване поникший, с опущенными плечами, уложив локти на колени. Он бездумно пялился в одну точку.

— Никогда не пойму, как можно было предать собственного мужа и тем более тебя, — слова вылетают раньше, чем я успеваю сдержать свой очередной порыв.